– Остальные успокаивают местных, – сказала она в ответ на мой немой вопрос. – Его Величество… зверь… убил пастуха. Они вместе с кузнецом попытались прогнать его из хлева, но… не вышло.

– Больше никто не пострадал?

– Вроде нет. Вот, это Олмун передал. – Ран раскрыла ладонь, на которой лежал довольно крупный зеленовато-коричневый шарик. – Сказал, что это может помочь, если Его Величество сам не может совладать с Тьмой. По крайней мере, раньше помогало.

– Надо это ему скормить? – Я взяла шарик, принюхалась и поморщилась. Пахло дёгтем. – Это безопасно?

– Для него или для нас?

Я посмотрела на бледную Ран и сжала в руке шарик, понимая, что потчевать Хоука придётся мне.

Занятый едой, он позволил мне приблизиться.

– Хоук.

Он дёрнул ухом, но не повернулся. Я позвала снова, и Хоук нехотя посмотрел на меня. Потом замер, втянул носом воздух, взгляд упал на мою ладонь, со спрятанным в ней шариком. Хоук ощетинился и зарычал. Ага, значит, он помнил, что это такое. И это ему совсем не нравилось. Я завела руку за спину и села на пол, чтобы подождать, пока Хоук наестся. Но он не стал возвращаться к еде и продолжал внимательно смотреть на меня.

– Всё хорошо, не злись.

Хоук поднял с пола руку и бросил мне на колени. Я тихонько отложила её в сторону.

– Да ты сама забота…

Хоук сделал шаг ко мне навстречу, я протянула раскрытую ладонь, позволяя её обнюхать, коснуться мокрым волчьим носом, языком. Я надеялась, что он не решит, что я выгляжу достаточно аппетитно для продолжения ужина. Но Хоук, кажется, думал совсем о другом. Он кружил возле меня, обнюхивая, зарывался носом в волосы, прикусывал рукав куртки и то и дело замирал, проверяя мою реакцию.

– Хель… – услышала я сдавленный голос Ран. – Что он делает?

– Погоди, не мешай.

Когда Хоук ткнулся головой мне в плечо, я осмелела достаточно, чтобы его погладить между ушей. Тьма немного расступилась, открывая волчье тело. Я потрепала его по шее, почесала спину. Хоук опрокинулся на бок и выгнулся, подставляя мне живот.

– А ты добреешь, когда кого-нибудь убьёшь, да? – улыбнулась я, почёсывая его набитое пузо. Хоук забил хвостом, поджал лапы и вывалил язык – совсем как обычный домашний пёс. Если бы не десяток трупов вокруг, я бы даже умилилась этой картине.

Окончательно успокоившись, Хоук зевнул, и я, воспользовавшись моментом, забросила ему в пасть шарик, навалилась на неё и силой сомкнула челюсти. Хоук задёргался, замотал головой, пытаясь меня сбросить, я обхватила его морду, прижав к груди.

– Глотай! Глотай же! – кричала я, а он вырывался, швыряя меня из стороны в сторону.