Милош понял, что сопротивляться бесполезно. Охотников было больше. В хате уже трое, а с улицы доносились голоса, кричали с рваным лойтурским произношением.

Его самого не стали бить. Смуглый троутосец вышел вперёд, посмотрел прямо в глаза Милошу и схватил его за руку, коснувшись мечом ладони. Милош вскрикнул, когда обожгло кожу, и Охотник удовлетворённо улыбнулся. Он не стал мучить его дольше нужного, отпустил и отошёл в сторону. Неожиданное для Охотника милосердие.

– Связать, – велел он.

Милош и на этот раз не сопротивлялся. Ему скрутили руки за спиной. Он сердито и громко дышал, сверкая глазами в сторону неподвижных Ежи и Веси, и лихорадочно пытался сообразить, как поступить дальше. Скоро должны были вернуться Вороны. Охотникам не справиться с четырьмя чародеями.

Троутосец наклонился над Ежи, коснулся клинком его шеи. Кожа осталась целой. Охотник перешагнул через Ежи, потеряв к нему всякий интерес.

Его внимание привлекла девушка на полу. Троутосец нагнулся над Весей, кончиками пальцев в кожаной перчатке коснулся её подбородка, повернул, разглядывая правую щёку, цокнул языком.

– Любопытно, – произнёс он и вдруг поднял испытующий взгляд на Милоша.

Чародей стиснул зубы, зная, что сейчас произойдёт. Зачем Веся только за ним увязалась?

Охотник поднял безвольную девичью руку и приложил ладонью к мечу. Веся пискнула, распахнула глаза и заголосила от боли. Она попыталась вырваться, но троутосец ловко ударил её так, что она снова упала без чувств.

Милош не шевелился. Внутри всё сжалось, замерло. На мгновение ему показалось, что Веся не дышала, и у самого потемнело в глазах от страха. Только не она…

– Что вы сделали с нашим братом? – Охотник перевёл взгляд на Милоша.

Врать было бессмысленно.

– Закопали на деревенском кладбище.

– Связать всех троих, – приказал троутосец.

Их выволокли во двор. Милош единственный ступал самостоятельно, подталкиваемый в спину огромным словно скала лойтурцем. Ежи и Весю протащили бездыханными по земле.

Всё вокруг пестрело от тёмно-серых, как грозовое небо знамён. Золотые нити, что тянулись от вышитого солнца, сверкали, отражая всполохи огня. Лойтурцы никогда не скрывали, что власть Охотников – их власть, и не только с чародеями они вели войну, но и со всеми, кто отрицал их волю. Любой, кто надевал знак Охотника Холодной Горы, служил Лойтурии, будь то рдзенец, ратиславец или троутосец.

Их было немало, Милош насчитал девятерых. Отчаяние отвлекло от боли. Девять – это много даже для Воронов.

И Дара. С Воронами ушла Дара. Лесная ведьма могущественнее их всех, пусть и неопытна.