— Не хочу ждать, — я внимательно посмотрела на ворона. — Что, если, пока мы с тобой болтаем, Славу убивают?

«Вполне возможно. И что? Вот ты умеешь выходить в астрал?»

— Нет, — я начала нервно ходить вдоль каменного алтаря. — Но, быть может, есть какие-нибудь заклинания, чтобы придать душе сил? Или хотя бы вернуть ее в тело?

«Заклинания-то есть. При желании ты и сама можешь их сочинить. Но что, милая моя, ты станешь делать, если вернешь в тело своего суженого не ту душу?»

— В каком смысле?! — изумилась я.

«В прямом. Как думаешь, для чего Илья устроил всю эту свистопляску? Зачем позвал Славу в этот овраг?»

— Откуда мне знать! — всплеснула я руками. — Возможно, хотел обезвредить самого могущественного волховского мага. Или решил каким-то образом забрать себе его силу. Вариантов куча!.. Погоди-ка, — я резко остановилась. — А ты? Ты, получается, знаешь?

Ганс несколько секунд разглядывал бездыханного Вячеслава, будто собираясь с мыслями и формулируя то, что собирался мне сказать.

«Магическую силу, Люда, забрать нельзя. Волшебный дар — это всего лишь умение обращаться с магическими потоками и явлениями нашего мира. Представь себе, что ты умеешь обращаться с нитками: вяжешь, вышиваешь, шьешь. Разве может кто-то забрать у тебя этот навык? Нитки — да, знания, как их плести и затягивать — нет. А по поводу обезвредить могущественного колдуна, ты в некотором роде права. Помнишь порошок, которым Илья посыпал Вячеслава, когда он лежал на алтаре?»

— Помню.

«Я его узнал. Много десятилетий назад точно таким составом посыпали меня. Когда переселяли в тело птицы».

У меня на голове зашевелились волосы.

— Ганс, — в горле мгновенно пересохло, а потому голос прозвучал тихо и хрипло, — волхв хочет отобрать у Славы тело?!

«Выходит, что так. Другого применения у этого порошка нет. Вроде бы».

Меня начало потряхивать. Чтобы хоть как-то справиться с вконец расшалившимися нервами, я снова принялась шагать по дну оврага взад-вперед.

— На самом деле, все получается логично, — начала рассуждать вслух. — Илья, как ты недавно выразился, дохляк. Магические способности у него были минимальные, да и организм сравнительно хилый.

«На самом деле, физическое состояние организма на магию не влияет. Вспомни свою бабушку: она всю жизнь оставалась тоненькой, как тростинка, при этом силища у нее была такая — закачаешься! А у мощного выносливого спортсмена магии может не быть вообще. Но ты, Люда, все равно права. Чародей пропускает волшебные потоки через себя, а потому его тело должно быть к этому приспособлено. Не по состоянию здоровья, а на другом, более тонком уровне. Организм — сосуд, и у каждого он разный. Что будет, если наполнить тонкую стеклянную вазу кипящей смолой?»

— Для смолы нужен котел, — усмехнулась я. — Я тебя поняла, Ганс. Волхов хоть и занял тело Ильи, однако чувствовал себя в нем некомфортно. Собственно, это было видно по его внешнему виду.

«Именно. Парень действительно оказался слабым волшебником, а потому не смог усвоить мощь нашего навия. Мало того, что новый Илья не имеет возможности колдовать в полную силу, так еще и рискует сгореть от переизбытка магии. Не удивительно, что волхв озаботился поиском другого сосуда, отвечающего всем его требованиям».

— Славино тело, стало быть, Илью полностью устроило, — грустно усмехнулась я.

«Видимо, да».

Что же тогда получается: если в сражении победит волхв, то Славины глаза откроет вовсе не Слава, а это древнее злобное существо?! Более того, я сомневаюсь, что навий будет настолько великодушен (или глуп), чтобы сохранить моему некромагу жизнь, а значит, вернуться из астрала сможет только один чародей.

Я покачала головой.

Страшно представить, что произойдет, если Илья получит доступ к Славиным знаниям и умениям. А шанс получить этот самый доступ у него весьма и весьма высок.

Я подошла к своему бездыханному некромагу, наклонилась и начала осматривать его карманы. Ничего особенного в них не нашлось — лишь мобильный телефон и ключ от чудо-калитки. Быстро обошла алтарь и принялась обшаривать джинсы Ильи. У него в кармане обнаружилась только коробочка с пресловутым магическим порошком.

«Люда, что ты делаешь?»

Я открыла коробочку, высыпала ее содержимое на землю, растерла ногой.

— Мне подумалось — вдруг кто-нибудь из этих двоих взял с собой веревку?

«Веревку?.. Зачем?!»

— Чтобы связать другого.

«Люда, что за глупость? Зачем магу связывать своего противника веревкой, если к его услугам потоки колдовства?»

— Не знаю, — пожала я плечами и решительно оторвала подол своей рубашки.

Разорвала получившуюся полоску ткани на лоскуты и принялась стягивать одним из них запястья волхва.

«Тебе-то их зачем связывать?»

— А на всякий случай, — закончив с руками Ильи, я приступила к его щиколоткам. — Мы с тобой не знаем, чем закончится схватка и кто в конечном итоге вернется в каждое из этих тел. Если вообще вернется, конечно.

«Славу тоже свяжешь?»

— Разумеется.

Обмотав ноги волхва обрывками рубашки, я вернулась к своему некромагу и начала обматывать его.

На самом деле, такие путы никого из этих чародеев надолго не задержат — взрослый мужчина порвет их без особого труда. Однако у меня имелась слабая надежда на то, что пока этот самый мужчина будет сражаться с моими тряпками, я сумею понять, кто конкретно находится в ожившем теле.

— Знаешь, мне кажется, их бой затянулся, — сказала я Гансу, когда дело было сделано.

«Согласен».

— Ты что-то говорил про заклинания, которые могут вернуть душу в тело. Что если попробовать вернуть из астрала на землю и Славу, и Илью? Пусть сражаются тут.

«Вряд ли у тебя это получится. Уж извини, данное колдовство — высшего порядка, чтобы его освоить, нужно учиться много лет. Я понимаю, ты хочешь помочь нашему некромагу. Но для этого нужно придумать что-нибудь другое».

Легко сказать. Хотя…

Если я не могу вернуть мужчин обратно, быть может, я сумею сделать так, чтобы каждый из них после битвы возвратился в свое собственное тело? Если Слава отправится на небеса (внутри сразу же что-то сжалось, а к глазам снова подступили слезы), пусть лучше его организм умрет, нежели достанется этому черному выродку. А тело Ильи в дополнение к тряпочкам я так опутаю заклинаниями, чтобы он, если очнется, точно не мог пошевелиться. Еще можно на всякий случай приложить его чем-нибудь тяжелым. По близости как раз валяется подходящая палка, если ею ударить по голове, мало не покажется.

Я нежно погладила Вячеслава по щеке.

Помоги нам всем, Господи!

Сосредоточилась и зашептала:

— Закрою двери на тяжелые замки, запру ворота на железные засовы. Встанет вал стеной, не пропустит чужака. Вернется хозяин, обрушит заслоны, отворит двери, сравняет валы. Что дано одному, другой не получит…

Повторяла эти слова раз за разом и буквально воочию наблюдала, как тело некромага оплетает тонкая полупрозрачная паутина. Когда мне показалось, что сеть достаточно прочная, я отошла от Славы и вернулась к Илье.

— Оплетись корнями, врасти в землю, не смей вставать, не смей шевелиться. Руки — из камня, ноги — из железа, голова — чугунный котел…

Искренне надеюсь, что от моей ворожбы будет хоть какой-нибудь толк.

Я осторожно проверила у каждого из мужчин пульс.

«Они еще живы?»

— Да, — я уселась на землю возле Вячеслава, вынула из его кармана мобильный телефон. — Теперь попробуем вызвать подмогу.

Я отыскала номер Николая Егоровича, нажала кнопку вызова. Почти минуту слушала гудки, сбросила вызов, набрала снова. Трубку Клюев-старший почему-то не брал.

По памяти набрала номер своей бабушки, но и она отвечать совсем не торопилась.

Я снова сбросила дозвон и опять набрала старшего некромага.

После седьмого звонка дождалась, когда механический голос предложит мне отправить абоненту голосовое сообщение, и, в двух словах обрисовав ситуацию, отправила зов о помощи.

Несколько следующих минут прошли в тишине, и это здорово давило мне на нервы. Лучше бы тут сверкали молнии, летали камни и звучали проклятия!

«Беспокоишься?»

— Ты еще спрашиваешь, — я обхватила голову руками. — Меня убивает эта неизвестность! Слушай, может, ты слетаешь в Волховское и приведешь сюда кого-нибудь? Николая Егоровича или дядю Игната с дядей Мишей?

«Ладно. Но только, если ты отправишься туда вместе со мной».

— С ума сошел? — возмутилась я. — Я Славу не брошу!

«А я не брошу тебя. И не возражай, это не обсуждается».

— Чудно. И что же нам делать?

«Ждать. Ты и так уже сделала все, что только могла».

Я покачала головой. От одной мысли, что в неизвестности и этой жуткой тишине мне придется провести еще какое-то время, становилось по-настоящему плохо.

— Ганс, помнишь, ты когда-то обещал рассказать мне, как стал вороном?

«Помню. Думаешь, моя история поможет тебе вернуть Славу на землю?»

— Думаю, она поможет немного скоротать время. Расскажи, пожалуйста.

«Ладно. Только в ней все равно нет ничего интересно. Я, видишь ли, умным и мудрым стал только, когда обзавелся крыльями и полетал вслед за своими спутниками по свету. А до этого был редкостным балбесом. Так уж вышло, что мои родители являлись весьма состоятельными людьми, я же в их семье был младшим ребенком, а потому мне разрешалось делать все, что заблагорассудится».

— Ты был «золотым мальчиком»?

«Что ты! Я был гордостью своей семьи, ведь родительские денежки, которыми меня снабжал отец, шли не на выпивку и продажных девок, а на научные эксперименты».