Я никак не могла отдышаться, чтобы вымолвить хоть слово.
Я никак не могла отдышаться, чтобы вымолвить хоть слово.
Помоги мне боже. Он настоящий.
Помоги мне боже. Он настоящий.
Настоящий.
Настоящий.
Тяжелые шаги раздались ближе, и меня окутал запах ветоши.
Тяжелые шаги раздались ближе, и меня окутал запах ветоши.
– Это…
– Это…
Прав был Лестер, нельзя создавать ничего живого. В груди по ощущениям зияла открытая рана.
Прав был Лестер, нельзя создавать ничего живого. В груди по ощущениям зияла открытая рана.
– Ты знаешь, кто я.
– Ты знаешь, кто я.
Мысли роились, я не могла ухватить хотя бы одну. Лестер… Костя. Господи, как же больно!
Мысли роились, я не могла ухватить хотя бы одну. Лестер… Костя. Господи, как же больно!
– Не подходи! – воскликнул Костя. – Надо кого-то позвать. Подожди, я сейчас позвоню…
– Не подходи! – воскликнул Костя. – Надо кого-то позвать. Подожди, я сейчас позвоню…
Лестер убьет меня. Нет, сначала он убьет Эдгара, а потом меня.
Лестер убьет меня. Нет, сначала он убьет Эдгара, а потом меня.