Я спала неспокойно, все время ворочалась, даже плакала во сне, взахлеб. Казалось бы, должен привидеться Оксфорд, красивые улицы и Юэ Лун. Но когда меня баловал организм?
Разумеется, снились гадости. Мозг не смог принять метания Грига, все анализировал: почему? То приносит одежду, то забирает, подумаешь, неврастеник!
Снова увидел меня с Юэ Луном и окончательно психанул? Или ревность тут ни при чем, а Григ что-то решил для себя, мрачное, жуткое, преступно-кровавое, оттого и забрал вещи из шкафа? Неужели он в самом деле заключил союз с черным драконом?
Если так, он сжигает мосты. Те шаткие конструкции из веревок, что когда-то соединили нас и позволили помечтать о будущем, в котором сложится «мы».
Как его удержать, образумить? Оттащить от самого края пропасти?
Эти мысли отравленными иголками вонзались в мой воспаленный разум, заставляли ворочаться и кричать, лить слезы и повторять его имя, будто магическое заклинание.
А под конец забытья в подсознание ворвался дракон, перечеркнувший рассветное небо узкой чернильной кляксой. В гневе он метался над башней и шипел:
– Ну хорош-ш-шо! Любишь играть? Поиграем! Подпиш-ш-шем с тобой договор, но счет я прос-с-ставлю немалый.
Я широко раскрыла глаза, вслушиваясь и гадая, наяву мне послышалось или в бреду. От вчерашней чудесной расслабленности не осталось даже следа, тело ныло, разом нахлынуло: трупы, завод, Кудринка.
Интересно, как Долли? Смогла оправиться? Или подобные раны не заживают по щелчку пальцев? Помогла ли Марго или в такие минуты хочется убить всех друзей и знакомых, повторяющих банальные ужасы? Типа, все хорошо, не грусти, он бы не хотел, чтоб ты плакала, живи за двоих, терпи… Ничего не хорошо, и терпеть не стоит. Нужно выть, кусаться, бить посуду, орать – лишь такие выбросы негатива хоть как-то помогают разбитой душе, а вовсе не смирение и покорность.
Слезы – защитная функция в стрессовой ситуации. Они так нужны, так целительны, зажимать их внутри – преступление.