А уж казалось бы, страх изжит, раздавлен, вырван из сердца за столько лет гнева, стыда и боли. Но жизнь – мастерица делать сюрпризы, всегда отыщет что-то на дне, чтоб порадовать грешную душу.

Гость зашипел, вытянул руку, легко, без звона пробивая витрину. Прочное стекло обхватило кисть, обтекло ее, как поток водопада. Молекулы материала, способного останавливать пули и выдерживать направленный взрыв, просто раздвинулись, будто струи, открывая вору богатства внутри.

Интересная техника, любопытно!

Он коснулся скульптуры Петра – и голова императора осыпалась мерцающей пылью. Ответом было ругательство и змеиное шипение, полное гнева.

– Иными словами, – рассмеялся Григ, позволяя себя услышать, – если следовать философии Дао, можно обойти и такие преграды, наполнив их пустотой? Отключить сигнализацию, камеры, войти в непробиваемое стекло? Впрочем, нет, я ошибся; судя по сейфу в доме Петра Кондашова, ты должен видеть, к чему стремишься. А в награду за все труды – лишь пыль и пепел. Досадно.

Синг Шё медленно повернулся, выхватывая взглядом сгусток тьмы у дверей.

– Снова ты, наследник ордена Субаш?

Направленный удар Григ отразил, погасив волну встречным потоком. Стекла в окнах задребезжали.

– Не нужно погрома, – поморщился. – Все-таки мы в музее.

– Я разнес столько музеев… – улыбнулся под маской Синг Шё.

– Ну и как? Разыскал хоть что-то полезное?

Синг Шё взглянул на витрину, в которой успел обернуться пылью оттиск ладони Петра. Снова на московского монстра, прислонившегося к косяку.

– Это подделка, – пояснил Григ, рисуясь и нарываясь. – Ты разрушил барьер, иллюзия тает. Все, что было ценного в зале, хранится в другой коллекции. Между прочим, пока ты не влез, даже кромешники не заметили. Так зачем же крушить? Прорываться силой? Ладно, поговорим о деле. Я пришел спросить: что тебе нужно? Зачем лютуешь в моей Москве?

Новый удар Синг Шё все-таки выбил окна в музее. Григ вновь проявился в дверном проеме и небрежно отряхнул старинный камзол, накинутый на голые плечи.

– Это камзол Якова Брюса? – хрипло спросил Синг Шё, делая шаг вперед.

– Кстати, спасибо за помощь. – Ирония Грига затопила зал, звякнула в осколках стекла. – Я лет сто пытаюсь изъять из запасников вещи и бумаги фельдмаршала, а тут ты со своими гастролями. Выставка в твою честь, оценил? Приманка выложена на блюде, а ты и рад сунуться в пекло: всех убил, все отключил, устроил форменный беспорядок!

Воронцов ударил, несильно, пристрелочно, но и этого оказалось довольно, чтобы со стен упали картины, накренился возок Петра I, а в витрине с оружием чугунные пушки развернули дула, взяв китайца в прицел.