– И что тогда? Просто смиримся и умрем?

Какая-то часть меня хотела этого. Закончить все это наконец, так и не подняв оружие против дочери. Но другая моя половина возликовала, когда Каян опустился на колени и процедил:

– Ни за что. Мы не сдадимся.

Прямо из башни из-под ладоней Каяна начали прорастать ветви и корни. Сначала они были узкими и тонкими, но постепенно они крепли. Они обвивались вокруг цепи и уходили все дальше. Все больше новых растений вплетались в эту воздушную тропинку, которая теперь хоть и казалась узкой и шаткой, но точно могла послужить дорогой к полю боя и копью. Оно как раз застряло в цепи, которую выпустили мы с Рафаэлем.

– Вперед! Я не смогу долго держать мост! – Каян покраснел, на лбу его выступил пот.

Рафаэль ринулся вперед, но я встала перед ним и положила ладонь на грудь. Под ней тяжело и неровно билось искусственное сердце.

– Будь здесь.

– Не делай из меня калеку, рогатая. – Рафаэль перехватил мою руку и убрал ее. Ловко повернул меня так, что теперь ближе к мосту стоял он, а не я. – Мое сердце – всего лишь отсрочка неизбежного. Думаешь, стану отсиживаться в сторонке, чтобы выторговать себе несколько часов?

Конечно нет. И требовать я не хочу и не имею права.

Я быстро встала на носочки и коснулась губ Рафаэля своими.

– Не хотелось бы, чтобы этот поцелуй был последним, – шепнул Рафаэль, а затем шагнул на раскачивающуюся цепь, оплетенную корнями.

Заледенев, я следила, как каждый шаг делает Рафаэля ближе к огромному черепу дракона и копью Лунного Стража. Он шел так легко, почти грациозно, будто кот. И не скажешь, что под его ступнями – сантиметры ширины, а не полноценная дорога.

– Тиа, – позвал Каян. Он так и сидел на коленях, концентрируясь на заклинании. – Я хочу тебя поблагодарить.

Брови взметнулись вверх.

– За что?

Я перебирала в памяти все время нашего знакомства. За что он может быть мне признателен? Что я сделала? Привела его на остров, где Каян нашел Джараху и отрекся от Матери Земли? Его сила значительно выросла, когда Каян перестал быть жрецом. Сам он постиг в магии гораздо больше сам, чем через божество, которому когда-то служил.

– За то, что вы с Рафаэлем стали парой только сейчас, – глядя на меня снизу вверх, Каян улыбнулся. Прямо как тогда, в Розе Гаратиса, – тепло и беззаботно. Именно за эту улыбку я подарила ему кусочек своего сердца. – Если бы вы были такими же сладкими в Розе Гаратиса, я бы сошел с ума и сбежал в другую провинцию.

– Ты так шутишь только потому, что знаешь – за тобой и Джарахой я понаблюдать не смогу. Хотя уверена, воркуете вы точно так же.