Но разве был бы в такой жизни смысл?

– Ясну нужно осмотреть.

Рафаэль стоял с закрытыми глазами, обнимая Тиа. Он не видел Гекара, но слышал его голос неподалеку от себя. Заставить себя смотреть на Ясну он не мог.

– Есть крохотная надежда, что копье изгнало божественную суть, но не тронуло человеческую. – Голос у Гекара был такой же потрепанный, как и все они.

Удивительно, что жрец еще был в сознании после такой-то битвы, а не валился от усталости без памяти.

– Ясна может быть жива? – тихо проронила Тиа.

Рафаэль поднял голову, чтобы увидеть, как Гекар кивнул. Это одновременно посеяло зерно надежды, но и тревоги.

– И если так, то что? – Рафаэль приблизился к дочери, отогнал от нее людей, что пытались оттащить бессознательную девушку в другую комнату. Он сам подхватил ее на руки и ревниво прижал к себе.

Голова Ясны запрокинулась, она вдруг поморщилась от боли. Механическое сердце споткнулось.

– Я ни за что не поверю в то, что вы оставите ее в живых. Побоитесь ведь, что безумные боги вернутся и сделают это через ее тело!

Взгляды Рафаэля и Гекара столкнулись. Безмолвная дуэль шла около минуты, а потом Гекар приблизился и протянул руки, как бы прося Рафаэля отдать ему девочку.

– Все будет решать суд. Не ты и не я. Это будет общее решение – людей и драконорожденных.

Рафаэль отступил. Он не собирался отдавать дочь Гекару. И ни за что бы не сделал это, если бы не следующие слова, сказанные почти шепотом:

– Но, клянусь, я сделаю все, чтобы сохранить девочке жизнь, если сейчас она чиста.

– Даже если так, что дальше? Запрешь ее в темнице? – Тиа оттолкнула от себя двух стражей, которые пытались ее сдерживать. Она встала напротив Гекара и пронзила его пылающим взглядом.

– Если суд позволит, я найду Ясне место в храме Лунного Стража. Там она будет под присмотром других жрецов и самого Стража. Он не допустит, чтобы зло вернулось через эту девочку.

– Страж сам убьет ее! – оскалилась Тиа, а Гекар покачал головой:

– Нет, если девочка невинна.

Тиа в замешательстве посмотрела на Рафаэля. Он читал на ее лице и сомнения, и понимание – это лучший путь. Либо так, либо смерть. Свободы Ясне уже не видать.

– А если она не захочет жить в храме, что тогда? – Рафаэль сверлил Гекара взглядом, но тот сохранял хладнокровие: