— Спасибо, родная моя, — сказал он дрожащим голосом.

Она торопливо кивнула. Должно быть, смутилась из-за того, что осмелилась наконец выполнить задуманное. Один из ее друзей взвизгнул, ушел с головой под воду и тут же вынырнул, отфыркиваясь и тряся головой. Эя повернулась к ним.

— Оставьте его! — крикнула она и, повернувшись к Маати, изобразила позу извинения.

Он улыбнулся и махнул рукой. Грозно уперев руки в боки, Эя направилась к своей компании, точно распорядитель — к нерадивым рабочим. Улыбка Маати погасла.

Хороший отец. И такое услышал от дочери Оты! Может, пленение андата — и не самое сложное дело. Особенно если сравнить его с отношениями отцов и сыновей, любовников, матерей и дочек. Война. Сарайкет. Бессемянный. Все ложится одно к одному, как плитки на стене. Все связано. Неужели кто-то ждет, что он придумает выход, когда одну половину мира уже разрушили, а вторая половина еще прекрасна?

Лекарь сказал правду. Вылечить рану проще, если она одна. Но ведь хрупкие и сложные вещи не ломаются по частям. И тогда, поправляя одно, неизбежно нарушаешь другое. Маати слишком устал и запутался, чтобы понять, какое действие опаснее.

Столько возможностей ошибиться.

Столько способов сделать что-то не так.

И вдруг он почти физически ощутил, как в голову пришла мысль, и все встало на свои места. Озарение завладело им, как демон — бесноватым. Ему следовало бы подпрыгнуть, кричать и махать руками. Но Маати лишь тихо сидел на скамье, будто увидел в воде жемчужину, которую не замечают другие.

Он слишком долго возился с текстом Хешая. Исторгающего Зерно Грядущего Поколения создали для хлопковой торговли. Специально, чтобы удалять семена из волокон, облегчать работу прядильщиков и ткачей, кормить всех, кто связан со швейным ремеслом. Но Маати не нужно было этим ограничиваться. Он собирался просто погубить Гальт. Заморить их голодом. Лишить наследников, чтобы ни одно поколение гальтских детей не увидело света.

Ему был нужен не Бессемянный. Только Неплодный. И в мире найдется немало способов его описать.

На Маати снизошли покой и мир. Он еще глубже погрузился в воду. Убивающий Зерно Грядущего Поколения, думал он, чувствуя, как мелкая рябь дрожит у его губ. Разъедающий Зерно Грядущего Поколения. Искажающий. Разлагающий.

Разрушающий.

В его мыслях гальты уже были мертвы. Их погубил он, Маати Ваупатай. Что будет значить одна победа по сравнению с этим деянием? Ота спас один город. Маати знал, как спасти все.

21

21

Синдзя проснулся от звука, похожего на хруст, и обнаружил, что совсем продрог. Снаружи кто-то разбивал топориком ледяную корку, которая ночью затянула бочонки с водой. Еще не рассвело, но в эту пору солнце поднималось поздно. Он сбросил одеяла и встал. Серая шерсть нижней сорочки даже успела сохранить немного тепла, пока он влез в одну куртку, на нее накинул вторую, а сверху набросил широкий кожаный плащ, со скрипом сколов его широкой костяной застежкой.