— К ней никто не должен прикоснуться. Когда город падет, прикажите отвести ее ко мне. Я за ней присмотрю, чтобы не наделала глупостей.

— А ее муж и дети? Нам придется их казнить, — напомнил Юстин.

— Знаю. Но она не из благородной семьи. Просто вышла за правителя замуж. От нее нет никакой угрозы.

— И ради нее вы предадите хая? — спросил Баласар.

Синдзя улыбнулся. Хотя бы на этот вопрос он мог ответить честно.

— Ради нее, генерал, я бы предал даже богов.

Баласар повернулся к Юстину и поднял брови, как будто задал немой вопрос. Юстин посмотрел на Синдзю долгим взглядом, пожал плечами. Баласар, кряхтя, наклонился и вытащил из-под койки деревянный ящичек. В нем лежала фляга из тонкого нантаньского фарфора и три маленьких пиалы. С нарастающим беспокойством Синдзя следил, как генерал наливает им чистейшее рисовое вино. Одну пиалу Баласар вручил Юстину, вторую — ему.

— Я тоже хочу попросить вас кое о чем.

Синдзя выпил. От глотка пряного, крепкого вина в груди распустилось тепло, однако тревога по-прежнему сжимала сердце.

— Мы войдем в город, — сказал Юстин. — Вольемся, как море. Заглянем в каждую щелочку, в любой укромный уголок. Но мы потеряем людей. Много людей.

— Большинство, — продолжил Баласар. — Мы победим. Но для этого придется пожертвовать половиной моих воинов.

— Не слишком удачно, — согласился Синдзя. — Вы что-то задумали, как я понимаю.

Баласар кивнул.

— Можно заслать в город одного человека, который расскажет нам обо всех укреплениях и планах защиты. Который отправит нам весточку или подаст знак. Если повезет, он даже посоветует хаю, как держать оборону. А в обмен получит женщину.

Синдзя почувствовал, что голова идет кругом. Хмель от вина мешал ему думать, зато помог осклабиться. Каким бы смешным ни казалось это положение, в нем был здравый смысл. Такого следовало ожидать. И как он раньше не догадался!

— Значит, хотите послать меня в город?

— Утром возьмешь пару хороших лошадей и поскачешь во весь опор, — сказал Юстин. — Доберешься несколькими днями раньше нас. Хай всегда слушал твои советы, послушает и сейчас. Или же ты узнаешь, что он задумал. Когда придет время брать Мати, подскажешь нам.

Он развел руками, показывая, что все проще простого. Поехать в Мати, предать Оту и всех, с кем подружился за последние десять лет. «Предать генерала? — подумал Синдзя. — Тогда, если гальты меня найдут, легкой смерти ждать не стоит».

— Так всем будет проще, — сказал Баласар. — Меньше людей погибнет. Вы получите свою любимую. Целой и невредимой, если получится.

— Вы даете мне слово? — спросил Синдзя.