Светлый фон

Зато любой незначительный успех Кири превозносили до небес.

А я мечтала о будущем настоящего дипломированного мага. Все говорили об уникальности моего дара.

И все это должно быть отдано Храмингу? Забрано в первую же брачную ночь, как какой-то трофей? Меня снова затошнило.

Я сжала виски пальцами. Что делать? Бежать? Но куда?

У меня нет денег, нет связей. Академия предоставляет кров только на время учебы, да и не будут они скрывать беглую студентку от родителей. Отец наверняка уже предупредил деканат, что я в связи с семейными обстоятельствами покидаю учебу.

Остаться у друзей? Но кто захочет навлекать на себя гнев лорда Храминга или гнев моей семьи, пусть и обедневшей, но все еще знатной?

Отчаяние начинало сжимать горло ледяными пальцами. Я чувствовала себя диким зверем, загнанным в ловушку.

И тут мой взгляд упал на маленький, позолоченный компас, лежавший на туалетном столике. Не настоящий компас, а магический артефакт-безделушка, подарок Ранеллы.

Раннелла. Моя подруга с первого курса. Единственный человек, который всегда меня понимал. Ее семья была знатнее нашей и более влиятельнее, и у нее есть то, чего мне так не хватало, – железная воля и невероятная изобретательность.

Если кто и мог помочь мне в этой безвыходной ситуации, так это она.

Моя голова отказывалась придумать успешный план. А вот мозги Ранни могли выдать, что-то вполне работающее и дельное.

Спрошу ее. Завтра.

С этой успокаивающей мыслью я легла спать.

 

3. Шанс

3. Шанс

Той ночью, как я не старалась, я почти не сомкнула глаз. В голове крутились обрывки собственных планов, один нелепее другого: сбежать в соседнее королевство, притвориться мертвой, наложить на себя чары обезображивания…

Но все это были отчаянные фантазии, не имевшие никакого шанса на успех. Я это и сама очень хорошо понимала.

Храминг был слишком влиятелен, а мой отец слишком упрям. Меня выпихнут замуж любой ценой.

Утром, едва я сошла в столовую, меня уже дожидалась мама у дверей со строгим вытянутым лицом и сложенными руками перед собой. Она недовольно поджала губы, рассматривая мой бледный и помятый вид.