Я прекрасно знал себе цену и поэтому терпеливо ждал, когда на меня посыплются угрозы, однако этого не последовало. Темса просто отпустил меня и начал мрачно ходить вдоль стены. Даниб заставил меня идти следом; даже сейчас, когда на нем был шлем, я видел, что он хмурится. Джезебел брела позади нас, проклиная всех, кто хоть чуть-чуть отходил от стены. Я покачал головой и ухмыльнулся. Похоже, не только Темса был готов в любой момент взорваться. «На хрен осторожность», – подумал я и решил, что за час доведу их всех до белого каления. Интересно, что скажут просвещенные сестры, когда я сведу с ума их бешеного волка?

Именно тогда Темса поднял свою трость. Его маленькая армия остановилась.

– Тупые уроды… Тор, что приготовили для нас Яридин и Лирия? – прошипела Джезебел.

Я улыбнулся, когда она решительным шагом прошла мимо меня.

Темса достал из кармана полоску папируса и протянул ее Джезебел, стараясь не смотреть ей в глаза. Джезебел выхватила папирус, и я улыбнулся еще шире. Из-за стены донесся еще один рык. Интересно, кто более дикий – зверь в зоопарке или те, кто снаружи?

Джезебел пожала плечами; ее огромные наплечники лязгнули.

– Похоже, ни хрена, если не считать пары боковых входов.

Темса ткнул пальцем в папирус.

– Число охранников. Расписание патрулей. Маленькие ворота. Да, не лучшие сведения, но о Хорикс мы будем знать еще меньше, так что привыкай, моя дорогая.

Никакой теплоты в этом обращении не было. Даже я, мертвец, почувствовал, какой холод скрыт в его словах.

– И когда пройдет следующий патруль? – спросил я.

Темса пронзил меня взглядом.

– Скоро.

Стараясь держаться рядом с Темсой, я пошел за ним к узким воротам. Свет жаровен собирался в лужи на брусчатке и вытекал на улицу.

– Значит, лобовой штурм? Да, Темса? – шепнул я.

Темса усмехнулся, и я услышал в его голосе что-то, похожее на горячку.

– Финел борется с любопытными с помощью стен и своей коллекции странных существ, – ответил он. – И, Келтро, я же сказал – мы практически на Просторах. Если в центре всем плевать, то тут и подавно.

Где-то вдали зазвонил колокол; зашаркали сапоги, кто-то кашлянул, зазвучала приглушенная речь. Я услышал шелест кольчуги и латных доспехов и невольно напрягся. Мое сияние померкло.

– Стрелки́, – прошипела Джезебел, и четверо наемников с колчанами на поясах послушно вышли вперед и остановились на границе теней. Они вскинули свои тяжелые арбалеты – крепкие с виду устройства длиной с человеческую ногу, к каждому из которых крепились два перекрещенных лука. На пересечении луков лежала стрела толщиной с мой большой палец.