Хорошо, что меч нашёл отличный. Он и лёгкий, и удобный, и с руки в случае чего не выскользнет. Так что переживать не о чем.

— Я просто вспомнил о тебе сразу. Когда не нашёл Магнуса, — гудел под ухом Скаур. — Ведь ты же с теми медведями быстро расправился. А волк помельче. Знамо легче будет одолеть.

— Посмотрим, — вздохнул я.

Далее мясник начал рассказывать, как он услышал громкий хруст костей. Волчара раскусил позвоночник коровы, будто то была сухая ветка. Затем он вспомнил, как пытался остановить кровь из разодранного горла второй коровы, Розы.

Прохожие посматривали на окровавленного мясника с опаской, обходили нас стороной. Городовой спросил, что произошло, и я вкратце рассказал ему о случившемся.

Мы подошли к загону Скаура и я заметил Магнуса. Он осматривал брешь в частоколе, которую проломил таинственный зверь. Из хлева доносились еле слышные голоса, очень знакомые.

— Магнус! — воскликнул Скаур, ускоряя шаг. — Я тебя искал.

Охотник со шрамом обернулся, затем удивлённо выпучил здоровый глаза на мясника.

— Тебя задели твари? — напряжённо спросил он.

— Это не моя кровь. Двух коров убил большой волк, — процедил Скаур. — Но ты сказал — «твари». На меня напал одиночка.

— Всё не так, — заиграл желваками на скулах Магнус. — Три волка разнесли курятник и забрали двух свиней. У меня во дворе. И я пошёл по следам. К тебе наведался один из них. Одного я ранил, но он ушёл в лес.

Я прошёл в хлев. В нос ударил запах крови. Её было много внутри, почти весь пол залит ею. И красные следы больших лап повсюду.

Задняя половина коровы лежала на сене, ещё одна корова с разодранной глоткой распласталась неподалёку. Хейм и старик Орри уже выходили, встретившись со мной взглядами.

— Это изменённые, точно говорю, — проскрипел старик, непонятно к кому обращаясь и опираясь на палку в виде трости.

— Ворон, ты всё видел. Понятно теперь, что будет дальше? — произнёс Хейм.

Мы вернулись к Магнусу и Скауру.

— Что происходит? Они ведь не могут пройти через приграничный камень, — выдавил мясник.

— Теперь могут, — мрачно произнёс Хейм. — Они нашли способ.

— Помолчи, Хейм, — строго взглянул на него Магнус.

— На всё воля Локкара, — пробормотал Хейм, отойдя в сторону. — Мы чем-то разгневали его, и расплата ещё впереди.

Магнус бросил злобный взгляд в сторону бормочущего Хейма, затем вернулся к проломленному частоколу, взглянул в сторону леса.

Они и напали поэтому. Что жильё Магнуса, что жильё Скаура находится на окраине города.

— Лёгкая и быстрая добыча, — вслух произнёс я, встречаясь взглядом с Магнусом.

— Изменённые звери нашли лазейку, и прошли через камень. Что произошло, выясним потом, — тихо сказал он.

— Это плохие новости, — пробормотал Скаур. — Если твари осмелеют, они вернутся.

— Они уже осмелели, — проскрипел старик Орри, разглядывая следы на земле. — Они вернутся, и их будет больше.

— Ты не можешь точно знать, старик! — воскликнул Скаур.

— Но я знаю это, — скривился в улыбке Орри, пристально посмотрев на мясника. — Такое уже было. Но тогда и охотников в городе было больше. Мы дали отпор. Сейчас…

Он не стал договаривать. И так было понятно, что произойдёт сейчас, если такое повторится. Начнётся бойня.

— Надо поднимать дружины ярлов, — произнёс я. — Думаю, что они вернутся.

— Ты чушь несёшь, Ворон, — мясник сморщился словно урюк, он испугался моих слов. — Ты ведь не охотник. Откуда тебе это знать?

— Он прав, Скаур. Как и старик Орри, — мрачно ответил Магнус. — Они вернутся.

— Но одного ты задел, ранил, — продолжал упорствовать Скаур. — Им дали отпор, и они не посмеют сюда сунуться.

— Похоже, что ты плохо знаешь этих существ, — оскалился Магнус. — Они почуяли кровь и лёгкую добычу. Эти кровожадные сволочи приведут своих собратьев. Я позову ярла Сигурда и ярла Оберона. Покажу им всё. Пока не стемнело.

— Да, лучше дотемна расставить дозоры, — согласился старик Орри. — Иначе будет поздно.

Магнус на время ушёл, а затем пришли два ярла в блистающих кольчугах и с десятком крепких телохранителей, вооружённых до зубов. Я увидел и секиры, и копья, даже зазубренные мечи были в руках двух воинов.

Ярл Сигурд оказался низеньким, но плотно сбитым мужчиной с тонкой бородкой. Оценивающим прищуром он окинул нашу компанию, затем подошёл к хлеву и заглянул внутрь.

Второй ярл, Оберон оказался массивным, с выпирающим животом. Хотя двигался он довольно шустро, и мышцами тоже он был не обделён.

Он пошатал державшийся на честном слове участок забора, оценил толщину ограждения и матюгнулся.

Затем они отправились во двор Магнуса, оставляя меня и трёх охотников.

Через полчаса, когда уже начало темнеть, за Ревендаль вышли более пятидесяти дружинников. Как раз за двор Скаура. Именно здесь лес примыкал к городу практически вплотную. В остальном была открытая местность. Лишь слева находилась скудная рощица. Но её контролировали с двух вышек.

Два лагеря были разбиты, шатры натянуты. Дозоры по четыре воина выставлены уже через минут пять.

Ничего не скажешь, работают они слаженно. Прям как в армии. Я хмыкнул, вспоминая армейку. Там много было похожего. И палаточный лагерь разбивали, имитируя походные условия, и марш-броски совершали за двадцать кэмэ в полной боевой выкладке…

Из леса раздался громкий протяжный вой, его подхватили несколько глоток. Чем вырвали меня из воспоминаний.

— Волчата воют, а они уже описались от страха! — захохотал в бороду один из дозорных, заметив меня со Скауром.

— Смотри, как бы ты не напрудил в штаны, — нахмурился Скаур.

— Что ты сказал? — надвинулся на него второй дозорный.

— Один из волчат перекусил корову пополам, — встал я на защиту мясника. — Это вам к сведению.

— Да ну, это бред, — усмехнулся бородатый воин.

— Он тебя напугать хочет, — отозвался ещё один.

— Не выйдет, — отозвался бородач. — Пусть только попробуют высунуться из леса. Мне как раз шкуры волчьей дома не хватает.

— Как дети малые, — пробурчал Скаур и махнул бородатому. — Пойдём покажу, что они натворили! Смелее, ну! И все остальные — тоже можете взглянуть.

После экскурсии в хлев Скаура вояки притихли. Больше не улыбались и держались за рукояти своих мечей. Они покинул двор мясника молча.

— Ну вот, я же говорил, что напрудят в штанишки, — хмыкнул Скаур, провожая их взглядом.

Я ещё немного постоял с мясником, а затем отправился в таверну. Изменённые твари не сунутся сюда ночью. Они выждут момент, и тогда нападут. Но не сейчас.

Эта уверенность крепла во мне, и этим же я себя успокаивал. Не сейчас, не сегодня.

Главное, чтобы моя способность успела восстановиться. А там уже я буду чувствовать себя уверенней.

Одно дело выйти с мечом против двух волчар, пусть даже размером с телёнка, как говорит Скаур, а другое — против стаи. Тут уже шансы стремятся к нулю.

Я добрался до таверны, успокоил Менелея, который дожидался моего возвращения.

— А это тебе на хранение, — протянул я ему меч. — Завтра с утра заберу.

— Я могу у себя оставить. Но два медяка ночь, — заблестел взглядом старик.

— Хорошо, пусть будет два медяка, — вздохнул я. Торговаться у меня желания не было. Я настолько устал, что просто хотел спать.

Передав старику оружие, я проследил, чтобы он убрал его в массивный шкаф своего кабинетика и дверь закрыл на замок. Затем я поднялся в свои «апартаменты».

Умылся, почистил зубы и затем вытащил мешочек с золотыми монетами. Тайник, значит. Вот сейчас и поищем этот тайник.

Полчаса я ходил по комнате, обшарил каждый угол, но всё никак не мог найти подходящую нычку. В шкаф смысла не было что-то класть, его в первую очередь будут обыскивать. Мой старый тайник уже вскрывали. Я потом разберусь с Менелеем, какого хрена у него творится. Пусть проведёт чистку в рядах своих работничков.

Главное, сейчас найти тайное место.

И я его нашёл.

Под подоконником я заметил щель. Чтобы не задувал ветер, она была забита чем-то вроде пластилина. При помощи ножа, чтобы не поцарапать дерево, я аккуратно убрал немного плотной субстанции. И понял, что тайник просто идеальный. В него поместится мешочек, даже если я его набью золотыми монетами.

Спрятав в новый тайник своё добро, я залепил щель, и присмотрелся. Сверху ничего не разглядишь, да и если заглядывать под подоконник, никаких следов не было.

Довольный тем, что теперь никто не найдёт монеты, я дошёл до кровати, разделся и улёгся на неудобный соломенный матрас.

Стоило мне лишь закрыть глаза, как я уснул.

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 51 час 29 минут/

Я открыл глаза, потянулся, затем услышал скрип двери. Из него появилась вечно недовольная уборщица. Поставила ведро, достала тряпку и швырнула её на пол с такой злостью, будто она в чём-то провинилась.

Она принялась убираться, а я не спеша поднялся с кровати, затем упал и начал отжиматься. После того как я отсчитал пятьдесят, тётка добралась до меня.

— Подвинься, — пробурчала она.

Я вздохнул и перешёл на уже помытый участок пола, ближе к окну.

— Пол только лапает своими ручищами, и потом заливает, — слышал я бурчание уборщицы. — А Герда всё убирает за них… Свинюшник тут устроили.

Мой взгляд скользнул под подоконник. Следов взлома не обнаружено. И это меня успокоило.

Уборщица вышла из комнаты, захлопывая за собой дверь. А я достал мешочек, в котором звякнули монеты.