Я потеряла все: ориентацию в пространстве, разум, стыд. Зато приобрела намного больше. Я не знала, что другой человек может из твоего тела извлекать столько удовольствия. Я почти лишилась способности стоять, как вдруг Алекс отстранился. Я обиженно всхлипнула, но он уже подхватил меня на руки и понес на кровать.

Как же вовремя, оказывается – ноги мне совсем изменили.

На прохладных простынях было намного удобнее. Я раскинулась, позволяя ему владеть моим телом. Пусть делает что хочет, лишь бы не останавливался. Я не знала, что это было, но оно приближалось, накатывало лавиной, подгибало предчувствием пальцы ног, закидывало голову и вытягивало из меня стоны. Пара коротких, прерывистых вздоха, и я разлетелась на миллион маленьких осколков. Я билась в экстазе, чувствуя, как его пальцы продлевают удовольствие, не дают угаснуть раньше времени, возносят на новую высоту.

– Боже, Эффи, если бы я только знал, какая ты чувствительная, я бы…

– Что? – с трудом приходя в себя, уточнила я.

Он помотал головой, словно чуть не выболтал секрет.

Осознание, что я совершенно нагая лежу перед мужчиной, на котором, на минуточку, все еще полный набор одежды, заставил порозоветь щеки.

– А ты не хочешь раздеться? – спросила я, сводя колени вместе и подтягивая пятки к попе.

– Непременно, – улыбнулся он. – Но только если ты обещаешь не закрываться от меня.

Он потянулся к вороту рубашки, но замер, приглашающе подняв бровь. Глядя ему прямо в глаза, я отвела одну ногу в сторону. Когда рубашка слетела, вторая нога тоже бесстыже отъехала вбок. Он взялся за пояс брюк, а я приподнялась на локтях. Брюки поехали вниз по сильным и крепким бедрам, а я выгнулась, закидывая голову назад. Мне не была видна его реакция, но зато я услышала все, что мне было нужно:

– Эффи, что ты творишь со мной?

Все это неожиданно снова завело. Я думала, что мое удовольствие уже получено, но оказалось, оно только набирало обороты. Тем более, что Алекс не стал набрасываться, а пристроился рядом. Его пальцы творили что-то невероятное с моей грудью, и я поняла, что должна отомстить. Ладонью скользнула вниз, нащупала цель и легонько сомкнула на ней пальцы. Алекс зашипел и начал сдавленно ругаться.

Желанная тяжесть мужского тела вдавила меня в простыни. Он медленно наполнял меня, и через пелену желания я видела его стиснутые челюсти. Он сдерживался. Изо всех сил.

Хорошо, что мне это делать не нужно – я вонзила ногти в его спину, одновременно позволяя себе такой стон, что у него мозг должно было разнести по черепной коробке.

И он потерял контроль. Великие боги, как восхитительно он потерял контроль.