Безразлично.

С чувством полного своего превосходства над окружающими и полным осознанием собственного величия. Офелию вон проняло…

– Мы скоро. – Иван величественно кивнул. – Идите.

И Офелия, самое интересное, развернулась и ушла.

– Вань, – жалобно произнес Бер. – Ты это… прекращай…

– Что?

– Давить величием эльфийского империализма на умы жалких смертных.

– А… извините. Не люблю, когда хамят.

– Никто не любит, – согласилась Таська, глядя на Ивана с немалым интересом. И, заметив его, Бер нахмурился и к себе Таську подвинул. Поближе. – Офелия уж точно не забудет. А что ты имел в виду?

– Да… так… ерунда. – Иван смутился. – Дело в том… что формально… с точки зрения эльфов… мы прилюдно выразили согласие вступить в брак. То есть заключили помолвку. Если перевести на человеческие обычаи.

– Эм…

– Наверное, надо было раньше сказать, да? – жалобно спросил Иван. – Я собирался, а потом как-то оно… то одно, то другое… и к слову не пришлось. Вот… и тебя это ни к чему не обязывает. Честно. Даже в Предвечном лесу намерения не всегда воплощаются… это скорее даже знак того, что ты рассматриваешь кого-то в качестве постоянного партнера… но можно и передумать… и никто не осудит.

– Марусь. – Таська хлопнула по спине. – Лицо сделай попроще, а то оно не очень ситуации соответствует. Ощущение такое, что тебя пучит.

– Меня не пучит! Я… я тут едва замуж не вышла!

– Так не вышла же, – возразила Таська. – Чего кипишить-то?

Действительно.

– Извини, пожалуйста… но я теперь думаю, возможно, это и к лучшему? С Предвечным лесом ссориться не рискнут… я бабушке фото отправлю… сделаем… чтоб свидетели были. И этого будет достаточно.

– Бабушке?

– Эльфийской, – вместо Ваньки ответил Бер. – У него есть эльфийская бабушка… из императорского дома… Фото отправь. Пусть за внука порадуется… только Сашке скажи, предупреди, а то как бы ему эта радость боком не вышла.

– Не выйдет, – отмахнулся Иван. – Это частное дело… но, может, Свириденко подуспокоится.