Гремел телевизор. Кто-то уселся перед ним на диване, приобняв огромное ведро с попкорном. Кто-то устроился чуть дальше, за столиком. Трое в одинаковых черных костюмах сидели у барной стойки, правда, не со стаканами, но с аккуратными белыми чашечками.

Эти трое и обернулись, поприветствовав Александра кивками. Остальные же…

– Да уж… – произнес кто-то. – А я думал, что моя с красными пиджаками выпендривается… эй, парень, сочувствую… платят хоть хорошо?

– Да что они заплатить могут, – отозвались из другого конца зала. – Это ж Вельяминовы. Известные нищеброды…

– Не похоже… знаешь, сколько такой прикид потянет?

– Гроши… китайское барахло.

Александр прошел вглубь комнаты и, оглядевшись, понял, что места не особо и много. А свободное – лишь за стойкой.

– Вы не против? – поинтересовался он у мужчины с седыми висками.

– Нет, конечно. Присаживайтесь. – Тот подвинулся. – Чаю? Или кофе? Там машина стоит. Кстати, кофе довольно неплохой…

– Спасибо.

Машина нашлась, как и вазочки с печеньем. Надо будет Туману прихватить. Хотя… Александр представил, что подумают о нем, запихивающем в карманы печенье. Потом вспомнил, что карманов в костюме нет и окончательно передумал.

А вот сахару в кружку бросил четыре куска.

Сладкого хотелось.

Есть тоже.

Общаться – не очень. Впрочем, никто особо и не стремился. Ровно до тех пор, пока на плечо Александра, задумавшегося о смысле бытия и о том, сколько здесь сидеть, не упала огромная ручища.

– О, парень, опять ты?

Александр обернулся, и в лицо дохнуло перегаром.

– Еще один моцик привез?

Глыба возвышался, причем не только над Александром, но и над прочими. Разговоры как-то разом стихли.

– И вам доброго вечера, – сказал Александр вежливо, сдерживая в себе желание дать в морду. Желание было острым, почти непреодолимым. – Глыба, если не ошибаюсь?