«Ну, ясно! Масик… конечно!»
Но лезть со своей ложкой дёгтя в это молодую бочку мёда не стала. Только строго напомнила сестре не терять голову. За что меня тут же наградили поцелуем в нос.
Мы проводили демонов с моей сестрой и её симураном, после чего сами, по-тихому, сбежали из замка Григора и Жанетты в вампирский особняк.
Казалось, для мира я стала самой великой драгоценностью. Больше мне ничего не угрожает! Ни мне и ни моей семье!
Я отдалась счастью, целый месяц купаясь в любви мужа и его людей, которые на меня надышаться не могли, стараясь угодить всем, чем только можно.
Как только медовая пора официально перевалила на первое число следующего месяца, Лана вернулась в учебку, а Григор призвал сына к обязанностям, навесив на него не только особый отдел вампиров-стражей, но и академию Авилы.
Я тоже захотела вернуться к учёбе, ведь четвёртый месяц беременности – это не диагноз!
Без боя не обошлось! Пришлось задействовать весь свой арсенал ласк и других женских хитростей, но год я доучилась, на восьмом месяце беременности сдав всю теорию на «отлично». Про полевую практику я молчу, но грозный ректор меня не допустил даже до магической. Впрочем, я с ним была согласна, хоть беременность и не доставляла мне хлопот. Малыш берёг меня до последнего дня. Я даже не узнала, что такое токсикоз! Но Кир клятвенно заверил меня, держа на дрожащих руках только что родившегося сына, что если я хочу, он будет пытаться снова и снова, лишь бы я осталась довольна своим кругозором в этой области наших отношений.
Осторожно обнимая, причмокивающего губками Мишутку, которого на Эстенский манер все остальные называли Михаэлем, я поняла, наконец, смысл пушкинской сказки.
Как можно умереть от счастья?! Что значит «восхищенья не снесла»?!
А можно! Да только кто даст, когда зоркий взгляд мужа пристально следит за моим состоянием, а полчище целителей, которых их правители согнали в срок моих родов со всех империй, упорно продолжает топтаться в коридоре!?
Казалось, сердце разорвётся от восхищения к собственному сыну, к мужу и людям, для которых я самое настоящее сокровище.
Кир осторожно забрал у меня Мишу, как только тот заснул на моей груди, и переложил сына в кроватку.
– Спи, – приказал Маккей, осторожно забираясь ко мне под одеяло.
Я ещё раз восхитилась целительной медициной эстенцев и шустро подползла к любимому под бочок, уже совсем не чувствуя никакого дискомфорта.
– Как думаешь, кем он станет? Вампиром или магом? А может демоном? И Светоч… он теперь у Миши?
Кир поцеловал меня в висок и ухмыльнулся.
– Я не знаю. Но в чём я уверен на сто процентов, так это в том, что наш Михаэль будет самым счастливым ребёнком! У него такая боевая мама…
– И папа.
Ухмылка Кира стала ещё шире.
– Конечно! С такой-то мамой! Спи, моё счастье. Через два месяца тебе переходить на второй курс. Надо заняться твоей формой.
А я, будто и не рожавшая сутки назад, загорелась желанием стать самой лучшей студенткой его академии… и по форме, и по содержанию!
– Так точно, мой ректор!
Когда я уже сопела на груди у Кира, муж несчастным взглядом смотрел в потолок.
Небось, ждёт - не дождётся, когда истекут положенные пять дней, которые определили целители на своём масштабном саммите. Но я тоже этого ждала, в душе радуясь, что на Эстене сроки восстановления женского здоровья иные, отличные от земных.
Рядом с вампиром я чувствовала себя нимфоманкой… самой счастливой нимфоманкой во всех мирах нашей большой, непознанной Вселенной! И сердце заходилось от восторга, когда я представляла, что скоро меня обнимут ещё крепче!