— Кто вас учил так мешать? Как вы ложку держите? По часовой стрелке, а не против! Откуда такие безрукие берутся вообще?

— Я, между прочим, вас спасаю, — не выдержала я. От возмущения Латимер даже приподнялся на локтях.

— Спасаете?! — взревел он. — От того, что сами и устроили!

Ладно, раз он так голосит, то значит, еще не умирает. Отлично. Я перелила зелье в стакан, Бонни помогла ректору сесть, и вдвоем мы вылили в него Капельки Живы. Латимер пил, кривился, но каменная серость на его плече растворялась с каждым глотком.

Я довольно улыбнулась. Все-таки я хорошая травница, что бы там ни говорил ректор про мой слабый дар.

Допив зелье до конца, Латимер скорчил недовольную гримасу и принялся приводить одежду в порядок. Застегнувшись, он кое-как поднялся, проковылял к прилавку и отсчитал Бонни денег за пластинки от больного горла. Посмотрел на меня с тем же выражением, с которым сидел на экзамене, и я приготовилась отражать очередную язвительную атаку.

Но Латимер ничего не сказал. Взял лекарство и вымелся за дверь — вот и слава Богу.

— И спасибо не сказал, — вздохнула я.

— И за Капельки Живы не заплатил, — вздохнула Бонни. Мы переглянулись, и я сказала:

— Ладно, любовное зелье за мой счет.

На том мы и разошлись — я отправилась домой. Перед этим надо было зайти в лавку зеленщика и в пекарню: у меня было множество обычных дел, и я надеялась, что больше не встречусь с ректором Латимером.

Но я ошибалась. Меня приволокли к нему этим же вечером.

Глава 3

Глава 3

В дверь застучали, когда я уже дочитала сегодняшнюю газету в кресле у камина, допила свой вечерний чай и готовилась идти спать. Но грохот был такой, что дверь чуть с петель не снесли. Я открыла, и в дом ввалилось полдюжины мордоворотов-големов, которые охраняют академию магии.

В принципе, они были неплохие ребята. Иногда приходили в Шейрун прикупить табаку в лавке, иногда сидели в кабачке Корвуса — обычные парни, только глиняные. Но сейчас я оценила их свирепый вид, и мне сделалось страшно.

— Что случилось? — спросила я. Один из големов непринужденным движением взвалил меня на плечо и, не обращая внимания на вопли и визги, поволок прочь.

— Дверь! — заорала я, когда мы оказались на улице. — Дверь надо запереть, мне же дом выставят!

Големы переглянулись, кивнули и позволили мне закрыть дом на замок. Потом меня снова взвалили на плечи и бросились в сторону академии с такой скоростью, что ног было не видно из-за пыли.

Попытавшись вырваться и поняв, что это безнадежное дело, я задумалась: что произошло? Големы взбесились? Вроде бы нет, выглядят, как всегда, да и чтобы сойти с ума, этот ум надо бы для начала иметь. Что-то произошло в академии? Ректор Латимер расхворался и меня тащат к нему на расправу?