Ну что ты будешь делать? Такие не меняются.

— Обязательно, — согласилась я. — Но мне нужны мои пожитки, а они сейчас в Кармашке. Приготовлю для вас Капельки Живы, а то Каменный недуг уже на другую руку пополз.

Латимер встрепенулся, стряхивая сон. Поднес руку к окаменевшей ключице, посмотрел на разорванный рукав, и его лицо наполнилось такой болью и тоской, что все во мне невольно сжалось от горечи и сочувствия.

Каким бы ни был человек, он не заслужил подобной участи.

— Кармашек открывается заклинанием Реклудере, — произнес Латимер. — Повторите.

Я послушно повторила, и по лицу прошелся прохладный ветерок, а пальцы стало колоть. Я шевельнула ими и вдруг нащупала в пустоте знакомую ткань своей сумки.

Отлично!

Я набрала в пруду воды, развела огонь личным заклинанием и принялась за дело. Лунный мох, слезы феникса, кровь серебряного оленя и корень мандрагоры, помогите, пожалуйста, ректору Латимеру, а то он совсем сник.

Капельки Живы и в самом деле помогли: каменная полоса, которая пролегла через ключицу на плечо, недовольно отступила. Я перелила зелье во фляжку и протянула ее ректору.

— Держите! Так, может, и продержимся до Меровинского нагорья.

И мы отправились в путь. Утро выдалось солнечным и ясным, с одной стороны дороги было сжатое поле, с другой с ней подступал лес, уже весь золотой, словно шкура единорога. Как хорошо в такое утро идти куда-нибудь, наслаждаясь пока еще теплой погодой, солнечными лучами и небесной синевой — особенно, когда спутник помалкивает и не бесит.

Возможно, ректор Латимер и правда решил не препираться с той, от которой зависит его спасение. Вот и замечательно.

— Ну как, вы поняли, кто мог взорвать ваш экипаж? — спросила я через час молчаливого пути. Латимер поднял каменную руку, вырвал пока еще здоровыми пальцами веселую травку из трещины и нехотя ответил:

— Вы правы, у меня хватает недоброжелателей. В конце лета в академию приехал Джиглер Демпси, куратор из министерства. Вы называете меня скверным типом? Так он намного хуже.

Надо же. На свете есть тот, кто способен обойти Латимера в состязаниях “Самый отвратительный чинуша министерства магического образования”?

— И чем же хуже? — уточнила я.

— Знаете, что он предложил? Я добровольно ухожу в отставку, а он за это выплачивает мне сто двадцать тысяч дукатов! — возмущенно сообщил Латимер.

— И вы еще спрашиваете? — рассмеялась я. — Вы отказались от его щедрого предложения. А он решил сэкономить деньги!

Латимер недоверчиво посмотрел на меня. Нахмурился.

Нет, он правда не понимает, как делаются дела? Если ты мешаешь, тебя попробуют перекупить. Если ты не соглашаешься на предложенные деньги, тебя убьют.

— Логично, — вздохнул Латимер, а я посмотрела по сторонам: наверняка этот куратор уже знает, что мы выжили во время взрыва, и готовит нам новые сюрпризы.

Ничего. Справимся.

— Смотрите-ка! — я указала вперед. — Там на горизонте поселок!

Латимер нахмурился, посмотрел на небо и произнес:

— Это Кандавар. Найму там экипаж.

Потом мы снова шагали молча. Кончились леса, дорога побежала среди полей, идти было легко, и мы невольно расслабились — а вот этого делать как раз не стоило.

Латимер отразил удар в самый последний миг. Послышался тоненький свист, повеяло гарью, и я начала было оборачиваться на запах…

Бух!

Каменная рука взлетела надо мной, и что-то тонкое, черное, извилистое, с ревом рухнуло на землю. В дорожной пыли извивалось нечто, похожее на змею с ярким оранжевым капюшоном. Латимер врезал по ней каменным кулаком, и от гадины ничего не осталось.

— Что за… — начала было я, и в этот миг каменная рука просвистела рядом с моим виском. Еще одна змея упала в пыль, и Латимер крикнул:

— За спину мне встань, быстро!

Меня не надо было приглашать дважды — я спряталась за спиной ректора, и свист вырос до небес, раздирая уши. Латимер двигался очень плавно и быстро: он перетекал всем телом то в одну сторону, то в другую, и змеи, которых поражала его каменная рука, безжизненно падали на дорогу.

Одна из гадин раскрыла было зубастую пасть, пытаясь вцепиться в ногу ректора — я пнула ее так, что она с визгом улетела далеко в поле. Так-то, знай наших! Когда отправляешься в поход за травами, то и не такое встретишь.

Мы и сами не заметили, как все кончилось. Вроде бы только что с неба на нас падали новые и новые змеи — и вот мы стоим, тяжело дыша, прижавшись спинами друг к другу, и поверженные гадины медленно растворяются в воздухе.

Битва закончилась.

От Латимера веяло жаром, и этот жар заставил что-то шевельнуться глубоко в моей душе. И я вдруг испугалась этого сердечного движения и шагнула в сторону.

— Вроде справились, — Латимер обернулся ко мне и едва уловимо улыбнулся. — Идем дальше?

Глава 9

Глава 9

— Слушайте, надо что-то делать! В полицию хотя бы обратиться!

Латимер снисходительно вздохнул.

— Думаете, полиция Кандавара способна как-то справиться с тем, кто насылает таких змей? Вы потрясающе наивны.

Он был прав, полицейские в глуши со своими штанами иногда не могут справиться, что уж говорить о таких серьезных вещах, как покушение на убийство. Но и оставлять все просто так было для меня немыслимо.

— Как ваша рука? — спросила я, решив перевести разговор на другое. Впереди рыжели черепичные крыши поселка, и, глядя на них, я понимала, насколько сильно устала и проголодалась.

Первым же делом надо завернуть в здешнюю таверну! Поесть, как следует, и выпить крепкого чаю.

— Вы знаете, оказалась прекрасным оружием, — усмехнулся Латимер. — Хотя я бы предпочел обойтись без него.

Он сделал несколько глотков из фляжки, и я заметила, что кожа под лохмотьями правого рукава становится грубее, обретая серый оттенок.

— А еще я понял, что напрасно грешил на Джиглера Демпси, — продолжал Латимер. — Такие змеи это темная магия, и она ему не под силу.

— А кому под силу? — спросила я. — И кстати, Демпси мог взорвать экипаж. А змей наслали другие.

Усмешка Латимера сделалась горше и печальнее. Наверно, он никогда не думал, как к нему по-настоящему относятся люди. Просто жил, как считал нужным, и не представлял, что в один прекрасный день к нему потянутся десятки рук, чтобы убить.

И меня, случайную попутчицу, заодно.

— В академии таких точно нет, — ответил Латимер. — Мы не преподаем темные искусства. Так что это, скорее всего, нанятый специалист.

Я поежилась.

— И каковы прогнозы? Чего нам еще ждать?

— Для начала обеда, — ответил Латимер. — А там посмотрим.

Таверна Кандавара была очень приличным заведением с белоснежными скатертями, чистой посудой и запахами кухни, которые оставались на кухне, не проникая в обеденный зал. Наше появление произвело фурор: не каждый день здесь появлялся человек с каменной рукой. Мы заказали свекольный суп с говядиной и мясо с картофелем в горшочках, и хозяин таверны поинтересовался:

— Где ж вас так раскособочило, добрый господин? Неужто с Хозяйкой гор не поладили?

— Отнял у нее любимого дракона, — пробормотал Латимер, а я тотчас же вскинула руку так, словно собиралась зажать ему рот, и рассмеялась:

— Нет-нет, это последствия эксперимента в академии магии! Идем на минеральные воды лечиться.

Хозяин таверны кивнул с нескрываемым сочувствием и ушел за стойку, а я склонилась к Латимеру и зашипела:

— Лучше помалкивайте! В таких местах вас на костре сожгут, если решат, что вы проклятый! И меня с вами за компанию!

Латимер нахмурился. Все это время карать и миловать было исключительно его занятием, и он очень удивился, вдруг поняв, что в жизни случается и по-другому.

— Делайте вид, что вы больны. И мы едем на воды, — продолжала я. — Тогда таки сможем добраться до Меровинского нагорья!

Ректор кивнул. Хозяин таверны принес нам свекольный суп, свежевыпеченный каравай и вазочку с натертым салом, выставил все это добро на стол и осведомился:

— Господа, то есть, вы, получается, из академии магии?

Латимер утвердительно качнул головой, не желая снисходить до беседы. Правильно — пусть разговорами займутся те, кто в них понимает. Я взяла кусок хлеба и, намазывая на него сало, ответила:

— Между прочим, перед вами Николас Латимер, ректор королевской академии магии! Час назад он разметал в труху целую стаю летучих змей!

Хозяин таверны уставился на нас так, словно мы совершили эпический подвиг, не меньше. Разговоры смолкли — теперь завсегдатаи заведения боялись хоть слово пропустить.

— Вот почему милорд в лохмотьях! — завороженно проговорил хозяин. — И что ж, вы, получается, всякую магию понимаете? Всякие чудеса?

Латимер снова кивнул, занявшись свекольным супом.

— Господин ректор управляет целой академией, — продолжала я. — Ведет несколько научных курсов. Конечно, он понимает! А что случилось?

Хозяин таверны стащил с головы плоскую белую шапочку, прижал ее к груди и с грохотом рухнул перед нами на колени.

— Господин Латимер! — воскликнул он чуть ли не со слезами. — Снизойдите до страдальцев, помогите! Ведь житья никакого не стало!

Глава 10

Глава 10

Я легонько толкнула ректора ногой под столом: мол, теперь ваша очередь говорить и решать. Латимер вздохнул, отложил ложку и спросил:

— Что случилось?

— Опойца! — вскричал хозяин таверны, и остальные закивали и поддержали:

— Опойца! Всему поселку жизнь изгадил, сволота!

— Что за опойца, рассказывайте, — сухо распорядился Латимер, и я невольно им залюбовалась. Такой суровый, такой властный и холодный — точно наведет порядок.