После небольшой паузы Огнива снова обратилась к незнакомцу:

– Ну хорошо. Что все это значит? Ты умеешь перевоплощаться, и что?

– Отпусти его! – наконец, сказал мужчина. Казалось, его раскатистый бас зазвучал сразу отовсюду. Этот голос эхом разлетался по кладбищу, отражался от деревьев и возвращался назад, чтобы вновь улететь в темноту.

– Чего еще? Кого я должна отпустить? – брезгливо спросила Огнива. – Да кто ты такой, в конце концов?

– Я пришел от ЕГО имени, – незнакомец поднял указательный палец вверх. – Он прощает Ивана!

– Да что ты! – с иронией произнесла Огнива и поставила свою ножку на ногу Ивана Крупы, который не приходил в себя. – А я вот его не простила и никуда не отпущу. Так что ты зря сюда пришел.

– Я тебя не спрашиваю, отпустишь ли ты его или нет. И даже не прошу отпустить, – незнакомец говорил спокойно, но голос его разносился по всему кладбищу. – Теперь он под моей защитой, я забираю его наверх.

– Попробуй забери, святоша, я тебе быстро крылья-то пообломаю! – зло прошипела Огнива, сделав шаг к незнакомцу и глядя на него исподлобья.

Мужчина присел на корточки, положил руки на плечи Ивана. По бесчувственному телу пробежала легкая дрожь, от которой порвалась горящая проволока и утекла под землю. Незнакомец сжал плечи страдальца и произнес:

– Иван, Иван. Вставай. Ты уходишь на небо.

Старик с растерянным взглядом только что проснувшегося человека сел на земле. Он посмотрел по сторонам и увидел с одной стороны Огниву, а с другой незнакомца с добрыми глазами.

– Вставай, Иван, Он ждет тебя, – произнес мужчина, указывая вверх.

Иван Крупа встал на ноги. Только сейчас он вспомнил, где он и как сюда попал. Еще раз оглядев местность, он увидел разгромленные могилы, валяющиеся надгробья, сломанные ограды и обожженные деревья. Позади незнакомца дымился глубокий ров с бурлящей лавой.

Иван обхватил лицо руками, с ужасом вспоминая свои мучения. Спустя пару секунд он отвел руки, посмотрел на них и заметил, что они стали полупрозрачными. Быстро оглядев себя, он увидел, что все его тело просвечивает насквозь. Не говоря ни слова, но пребывая в глубоком изумлении, Иван глянул под ноги. Там, внизу, лежал он сам, вернее, его физическое тело с израненными руками и ногами. До сознания Ивана дошло, что он абсолютно не чувствует боли и даже… не чувствует старости. Нет тяжести и скованности в теле, нет ощущения безысходности. Все это ушло, остались только легкость и спокойствие.

Иван вопросительно посмотрел на незнакомца.

– Все хорошо, – с улыбкой произнес тот. – Он простил тебя. Иди к нему.