Наверное, я цеплялся за факт, что мы с ним — единственные, кто друг у друга остался.

— Значит, свидание через год?

Он ответил тихим и хриплым голосом: — Через год.

Когда я поднял глаза, вокруг нас запорхала бабочка и опустилась мне на колено. Она затрепетала крыльями — чудесного фиолетового цвета, яркого и невероятно сияющего, с нечеткими черными линиями.

Я услышал, как Данталиан издал удивленный звук, прежде чем посмотреть на меня так же, как я посмотрел на него.

В какой-то момент мы одновременно кивнули, и широкие улыбки озарили наши лица, хотя глаза внезапно стали еще более влажными. Он ласково похлопал меня по плечу и снова стал смотреть в небо.

С комом в горле я осознал правду: те, кто нас любит, никогда не уходят насовсем.

Даже если они покидают нас физически и увидеть их невозможно, их души остаются с нами, ожидая воссоединения в тот день, где бы ни находился иной мир.

Люди, которых мы любим и которые вынуждены оставить эту жизнь, возвращаются к нам в жестах, которых мы не ждем, в бабочках, порхающих вокруг, в сердцах, которые мы находим повсюду, и в песнях, которые включаются случайно, но всегда в нужный момент.

Потому что люди, которые нас любят, никогда не сворачивают с нашего пути.

Они просто отходят в сторону.

Глава 35

«Так судили боги: в потере своей каждый должен обрести себя». — ГОМЕР

Арья

Я наблюдала за ними с замиранием сердца, страдая из-за них так же сильно, как они страдали из-за меня. Даже во власти полнейшего отчаяния они были воплощением двух противоположных, но невероятных видов красоты — два самых прекрасных образа, что я когда-либо видела.