– Спи, – шепнул мне Роуланд. – А завтра мы, наконец, снимем проклятие.

– Уверен?

– Я так влюблен в тебя, что этот глупый артефакт должен взорваться от моих чувств, – рассмеялся Роуланд.

– Я, кажется, тоже влюблена в тебя, – прошептала я. – Просто… не очень понимаю. Знаешь, я ведь совсем равно прекратила взаимодействовать с другими разумными из-за проклятия. Мне кажется, что я не до конца понимаю, как любить.

– Не страшно. У тебя доброе и любящее сердце, которое само все поймет. А если я нет, то я тебе зачем? – тихо сказал Роуланд. – Я научу тебя всему. Знаешь, хоть мне и не повезло с моей первой любовью, есть кое-что, что заставляет меня верить в любовь и почитать ее. Память драконьего рода. Да, не всем драконам везло с избранницами, но все же большинство влюблялись в прекрасных женщин и жили очень счастливо.

– Тогда… научи меня, если я что-то не пойму.

– Научу. И позабочусь, если ты захочешь. Утешу. И постараюсь развеять твои страхи. Ты ведь боишься завтрашней проверки?

– Да, – тихо созналась я.

– Тогда позволь мне обнять тебя и дать тебе выспаться без тревог.

Я устроилась в его объятиях и совершенно не сопротивлялась мягкой успокаивающей драконьей магии.

***

На следующее утро нас разбудила Мири – бодрая, веселая и очень счастливая.

– Вам не надоело спать?

– Нет, – ответил Роуланд, сонно сощурившись.

– Но нужно проклятье снимать. О, в рифму! Мне не нравится, когда Алиша становится полупрозрачной.

– Полу… – Роуланд резко замолчал. – Алиша, только не пугайся.

– Что такое? – спросила я, натягивая на себя одеяло правой рукой. И поняла – правая рука прозрачная. – Я все такая?

– Только рука пока, – тихо сказал Роуланд. – Вставайте, давайте разберемся с этим раз и навсегда. Где артефакт-измеритель?

– В подвале. Роуланд, ты что делаешь? – спросила я.

– Несу тебя на руках.