– Это фамильяр, – сказала Дора, увидев мою находку. – Забери ее, потренируешься в исцелении. Не вылечишь – умрет, вылечишь – станет твоим фамильяром. Все равно тебе как ведьме кто-то нужен. А она чем-то похожа на тебя.

– Чем? – спросила я, вглядываясь в серьезное лицо Доры.

– Такая же жалкая.

Дора действительно была недоброй. Но и злой ее нельзя было назвать. Думаю, ее саму обучали и воспитывали так же, причем внушали, что такое отношение – это способ подготовить к выживанию в жестоком и ужасном мире.

В чем мне тогда все же повезло с Дорой, так это в том, что у нее были хорошие знания. Просто отличные. Она была известной ведьмой, к которой нередко обращались за помощью. Так одна аристократическая семья попросила ее об одолжении: у них родилась дочь с ведьминским даром, которую нужно было обучить.

Ребекка. Почти такая сильная, как и я, но с куда худшим контролем в магии, поэтому родители, которые души в ней не чаяли, ради ее же блага расстались с ней и отправили к ведьме.

С Ребеккой мы подружились сразу. Стоило нам только поздороваться, прослушать урок от Доры, как мы тут же принялись болтать без умолку. Уже позже я поняла, что Ребекка в тот момент была ужасна напугана поведением Доры, а я казалась милой, беззащитной и той, с кем можно поговорить.

Тем не менее, мы стали отличными подругами. Прошли обучение у Доры, которая в какой-то момент ушла из нашего дома и больше не возвращалась. Мы попробовали искать ее, кто-то сказал, что она исчезла в гиблых землях, куда мы побоялись идти. Родители Ребекки организовали поисковые отряды, но не добились успеха.

Мы же с Ребеккой ушли в другую деревню, где нас весьма тепло приняли. Во-первых, деревня была неподалеку от границы и вела активную торговлю, что хорошо сказывалось на толерантности жителей. Во-вторых, дело еще и в самой Ребекке. Невероятная красавица с золотистыми волосами, вечной улыбкой и очень отзывчивая. Жители моментально ее полюбили.

Я же была другой: более тихой, спокойной и где-то равнодушной. У меня не было такого открытого сердца, хотя, справедливости ради, я никогда никому из жителей не отказала в помощи. В какой-то момент я поняла, что мы с Ребеккой вдвоем не нужны в одной деревне, а потому перешла жить в другую, в часе езды на повозке.

– Бекки, она… действительно была хорошей. Если бы ее не было в моем детстве, то я бы… Впрочем, всю ту веру и доверие, что она мне подарила, она же и забрала, – тихо сказала я.

– Это она? Она прокляла тебя? – спросила Мири.

– Да.

– За что?

За то, что предпочла поверить не мне, а отъявленному лжецу.