— Я тоже, — ответила, гладя его по спине. — Но мы справились. Снова.

— Знаешь, — вдруг сказал муж, поднимая голову. — Я, кажется, начинаю понимать, почему боги любят шутить.

— Почему?

— Потому что только в шутке можно сказать правду. А правда в том, что я люблю тебя.

— А я люблю тебя. Даже когда ты ледяной и несносный. Даже когда учишь меня магии и называешь «примитивным существом».

— Я никогда не называл тебя…

— Называл. Двадцать пять раз. Я считала.

Он засмеялся, и в этот момент Даран проснулся, выпустил сонное облачко дыма и заплакал, требуя внимания.

— Всё, — вздохнул Каэлан. — Наш огненный комочек проснулся. Сейчас опять начнётся…

— Пусть начинается, — улыбнулась я, глядя на них двоих — на своего дракона и на маленького дракончика. — Это и есть счастье.