Еще раз посмотрела на Тима, и поняла, что он не уступит. Даже не подумает уступать, не тот характер. И я могу тут хоть в пепел от злости рассыпаться, но это ничего не изменит.

Медленно пошла в его сторону, обхватив себя руками за плечи, пытаясь хоть как-то успокоиться. Заметив, что я приближаюсь, парень оторвался от чистки салона. Скользнул насмешливым взглядом по моему раскрасневшемуся от злости лицу и опять сел за руль.

– Хватит надо мной издеваться! Не смей уезжать! – прикрикнула на него, выставляя вперед указательный палец, и грозя им этому паразиту.

– Уже уехал, – хмыкнул он и снова сорвал машину с места, оставляя меня посреди дороги.

Застонав, прикрыла лицо руками. Капец, он серьезно намерен меня так вести до самого дома? Как козу на привязи? Ну, это никуда не годится!

Мелькнула подлая мысль развернуться и пойти прочь, чтоб достигнуть критического расстояния между нами и проклятый зонд сработал. Вот тогда бы я села за руль и уехала домой, оставив его на дороге! И пусть бы мучился!

Злые мысли, кровожадные. Конечно, так и останутся просто мыслями, но помечтать-то можно, о том, как я коварно и безжалостно мстю ему. Или мщу. От злости даже забыла как правильно.

Мои худшие подозрения подтвердились. Тимур и не думал менять свое решение, так и ехал впереди меня на таком расстоянии, чтобы зонд не сработал, останавливаясь через каждые триста метров, чтобы дождаться меня. На него не подействовали ни уговоры, ни угрозы. Я даже слезу одинокую смогла выжать из себя, на что он лишь хмыкнул и со словами "охотно верю" снова уехал.

Так я и шла, негодуя внутренне, заводясь все больше и больше, и уже не сомневаясь в том, что ждет нас дома большой скандал. Я ему устрою сладкую жизнь! Надо же так надо мной издеваться! Только надо придумать что-нибудь эдакое, чтобы проняло свина неблагодарного.

Когда до дома оставался последний кусочек пути, у меня уже ныло все, что только могло ныть. Мои бедные ребра и позвоночник, в которые с каждым шагом ненавистный корсет вгрызался все сильнее, глубже, яростнее. Мои бедные ноженьки, отвыкшие так долго ходить. Моя несчастная головушка, разрывающаяся от роя сердитых мыслей.

Плакать уже хотелось по-настоящему. От несправедливости, от обиды, от того, что все надоело, но я не позволяла себе такой роскоши, как слезы. Ни за что не покажу, как сильно устала, и как его выходка меня расстроила. Я уже даже была не уверена насчет того, хватит ли мне сил на качественный скандал, хотелось только одного – рухнуть на кровать, накрыться с головой одеялом и спрятаться от этого жестокого мира. А Тимур пусть что хочет, то и делает, я просто перестану с ним разговаривать и все. Буду игнорировать его присутствие, даже смотреть на него не стану. Не знаю, расстроится он из-за этого или нет. Скорее всего, даже не заметит, но мне плевать!