Светлый фон
В ответ женщина кивнула на мои джинсы.

Я догадалась!

Я догадалась!

Наверняка я выглядела слишком современно для их исторической вечеринки. Вон, Талли-то в льняную рубаху одета и кожаный рюкзак у нее явно ручного пошива. Такие обычно выглядят неказисто, а стоят как три зарплаты. Ее бы они в свой охотничий кружок позвали.

Наверняка я выглядела слишком современно для их исторической вечеринки. Вон, Талли-то в льняную рубаху одета и кожаный рюкзак у нее явно ручного пошива. Такие обычно выглядят неказисто, а стоят как три зарплаты. Ее бы они в свой охотничий кружок позвали.

– Что-то мне подсказывает, что дичь, за которой будут завтра охотиться, — это ты, – сказала новая знакомая как-то равнодушно.

– Что-то мне подсказывает, что дичь, за которой будут завтра охотиться, — это ты, – сказала новая знакомая как-то равнодушно.

От неожиданности я снова села.

От неожиданности я снова села.

В крови бурлил адреналин, а сон как рукой сняло.

В крови бурлил адреналин, а сон как рукой сняло.

Глава 2

Глава 2

Глава 2

– Какого черта?! – воскликнула я, окончательно отказываясь верить в происходящее.

– Какого черта?! – воскликнула я, окончательно отказываясь верить в происходящее.

Талли удивленно посмотрела на меня.

Талли удивленно посмотрела на меня.

– Ну а чего ты ждала, когда пробралась в пустошь? – усмехнулась она. – Думаешь, ты первая придумала сказочку про то, что случайно оказалась там, где проведут пару дней самые влиятельные холостяки Драконьей Империи? Да я вас таких пачками вытаскиваю перед каждой охотой, а вы так и лезете, как тараканы из всех щелей!

– Ну а чего ты ждала, когда пробралась в пустошь? – усмехнулась она. – Думаешь, ты первая придумала сказочку про то, что случайно оказалась там, где проведут пару дней самые влиятельные холостяки Драконьей Империи? Да я вас таких пачками вытаскиваю перед каждой охотой, а вы так и лезете, как тараканы из всех щелей!

Я непонимающе уставилась на женщину. Она все больше злилась и уже не казалась такой милой и приветливой.

Я непонимающе уставилась на женщину. Она все больше злилась и уже не казалась такой милой и приветливой.

– Не знаю, кто вас там надоумил всех, что надо к драконам пробираться. Ведь стоит им увидеть деву в беде, как они все бросят и спасут! Да еще непременно среди них окажется тот, кто признает в человечке свою истинную. А там и свадьба, почет, детишки и долгая обеспеченная жизнь! – Талли со злостью выплевывала слова, будто лично у нее так кто-то мужика увел из числа этих самых драконов.

– Не знаю, кто вас там надоумил всех, что надо к драконам пробираться. Ведь стоит им увидеть деву в беде, как они все бросят и спасут! Да еще непременно среди них окажется тот, кто признает в человечке свою истинную. А там и свадьба, почет, детишки и долгая обеспеченная жизнь! – Талли со злостью выплевывала слова, будто лично у нее так кто-то мужика увел из числа этих самых драконов.

– Я же сказала, что случайно здесь оказалась, – мои слова прозвучали жалким оправданием. – Это чья-то злая шутка. Я совсем не хотела сюда попасть. Да и драконы эти мне не нужны! От одного взгляда кровь в жилах стынет! Явно же, что ничего хорошего от них ждать не стоит!

– Я же сказала, что случайно здесь оказалась, – мои слова прозвучали жалким оправданием. – Это чья-то злая шутка. Я совсем не хотела сюда попасть. Да и драконы эти мне не нужны! От одного взгляда кровь в жилах стынет! Явно же, что ничего хорошего от них ждать не стоит!

– А вот тут ты права, девочка, – заметила Талли, немного успокоившись. – Если ты попадешься на пути гончей стаи, то тебя псы порвут, ведь для них ты пахнешь, как дичь.

– А вот тут ты права, девочка, – заметила Талли, немного успокоившись. – Если ты попадешься на пути гончей стаи, то тебя псы порвут, ведь для них ты пахнешь, как дичь.

У меня желудок сжался от страха.

У меня желудок сжался от страха.

– Но хуже будет, если тебя встретят драконы, – зловещим шепотом продолжила Талли. – То, что они делают со своей добычей, не смогла пережить ни одна наивная человечка. Жаль, что никто из них меня не послушал.

– Но хуже будет, если тебя встретят драконы, – зловещим шепотом продолжила Талли. – То, что они делают со своей добычей, не смогла пережить ни одна наивная человечка. Жаль, что никто из них меня не послушал.

Женщина вздохнула и поудобнее устроилась на лежанке. От того, с каким равнодушием она все это говорила, меня начало потряхивать от страха.

Женщина вздохнула и поудобнее устроилась на лежанке. От того, с каким равнодушием она все это говорила, меня начало потряхивать от страха.

– Отдохни, завтра сама убедишься в правдивости моих слов. Возможно, удача и повернется к тебе лицом… кто знает, иногда судьба очень странно шутит, – произнесла она.

– Отдохни, завтра сама убедишься в правдивости моих слов. Возможно, удача и повернется к тебе лицом… кто знает, иногда судьба очень странно шутит, – произнесла она.

– А если я не хочу проверять? Мне бы в спокойное и безопасное место. И замуж за дракона мне не надо! – из глаз моих текли слезы, хотелось вернуться в привычный понятный мир, ну или хотя бы выбраться отсюда к людям.

– А если я не хочу проверять? Мне бы в спокойное и безопасное место. И замуж за дракона мне не надо! – из глаз моих текли слезы, хотелось вернуться в привычный понятный мир, ну или хотя бы выбраться отсюда к людям.

Но Талли просто отвернулась.

Но Талли просто отвернулась.

– Спи, – буркнула она. – Утро покажет…

– Спи, – буркнула она. – Утро покажет…

Я лежала без сна и в панике думала, как сбежать. Талли почти сразу уснула, и на мои вопросы отвечать больше не стала.

Я лежала без сна и в панике думала, как сбежать. Талли почти сразу уснула, и на мои вопросы отвечать больше не стала.

В свете желтой Луны черной лентой блестел ручей, который когда-то был полноводной рекой.

В свете желтой Луны черной лентой блестел ручей, который когда-то был полноводной рекой.

И тут меня осенило!

И тут меня осенило!

Если пойти вдоль воды, то рано или поздно я приду к жилью. А если идти прямо по воде, то она смоет мой запах, и собаки просто не смогут взять след. Я про такое в книге читала.

Если пойти вдоль воды, то рано или поздно я приду к жилью. А если идти прямо по воде, то она смоет мой запах, и собаки просто не смогут взять след. Я про такое в книге читала.

Решив не дожидаться утра, я подхватила свои вещи, сняла кроссовки и пошла к ручью. Осторожно тронула воду. Прохладная, но не холодная, с песчаным дном.

Решив не дожидаться утра, я подхватила свои вещи, сняла кроссовки и пошла к ручью. Осторожно тронула воду. Прохладная, но не холодная, с песчаным дном.

Закатав джинсы повыше, я осторожно ступила в воду. В темноте я не могла определить глубину, поэтому шла в полуметре от берега, где глубина была не больше, чем по колено.

Закатав джинсы повыше, я осторожно ступила в воду. В темноте я не могла определить глубину, поэтому шла в полуметре от берега, где глубина была не больше, чем по колено.

Прохладная вода смыла усталость, и я смогла бодро идти в течение нескольких часов. Страх подгонял меня.

Прохладная вода смыла усталость, и я смогла бодро идти в течение нескольких часов. Страх подгонял меня.

Успею ли я укрыться? Далеко ли отойду от этих охотничьих угодий?

Успею ли я укрыться? Далеко ли отойду от этих охотничьих угодий?

Я медленно переставляла ноги, каждый новый шаг давался с трудом. Голова болела, меня подташнивало не то от голода, не то после удара по голове.

Я медленно переставляла ноги, каждый новый шаг давался с трудом. Голова болела, меня подташнивало не то от голода, не то после удара по голове.

Но я упрямо шла.

Но я упрямо шла.

К рассвету я окончательно выбилась из сил.

К рассвету я окончательно выбилась из сил.

Когда первые лучи солнца осветили ручей, я поняла, что местами он такой мелкий, что я с легкостью могу перейти на другую сторону.

Когда первые лучи солнца осветили ручей, я поняла, что местами он такой мелкий, что я с легкостью могу перейти на другую сторону.

Еще час пути, и у меня перед глазами заплясали черные точки. От усталости тошнило.

Еще час пути, и у меня перед глазами заплясали черные точки. От усталости тошнило.

За очередным поворотом я увидела старое дерево, которое когда-то росло на крутом берегу, но вода и ветер разрушили почву, оно упало. Ствол давно лишился коры, а непогода отшлифовала его, сделав серым и гладким.

За очередным поворотом я увидела старое дерево, которое когда-то росло на крутом берегу, но вода и ветер разрушили почву, оно упало. Ствол давно лишился коры, а непогода отшлифовала его, сделав серым и гладким.

И я решила выбраться по этому стволу на берег. Даже если собаки, выпущенные на противоположном берегу, учуют мой след, то взобраться по гладкому стволу им будет непросто. Мне же, выросшей в деревне, это было под силу даже в таком состоянии.

И я решила выбраться по этому стволу на берег. Даже если собаки, выпущенные на противоположном берегу, учуют мой след, то взобраться по гладкому стволу им будет непросто. Мне же, выросшей в деревне, это было под силу даже в таком состоянии.

Выбравшись наверх, я, наконец, почувствовала себя в безопасности. Тем временем солнце поднялось, день обещал быть жарким.

Выбравшись наверх, я, наконец, почувствовала себя в безопасности. Тем временем солнце поднялось, день обещал быть жарким.