— Давай-давай, — Лёшка потянул брата из кресла. — Пойдём, мой раненый Блажковиц, подкрепимся.

— Дашь доиграть?

— Ну, дня тебе точно не хватит.

— Там что, далеко ещё?

— О! — сказал Лёшка многозначительно. — Это только прелюдия!

В кухне Динка уже поставила им тарелки и блюдце с хлебом.

— Наливайте сами, — сказала она. — Только руки сначала вымойте.

Ромка фыркнул.

— Как в «Буратино».

— Мой первым, — кивнул на раковину Лёшка. — Я пока разолью. Тебе как, побольше?

Брат открыл кран.

— Наливай по-братски, — заулыбался он.

Зашумела, зашипела вода и изменила тональность, когда Ромка сунул под струю ладони. Лёшка сдвинул крышку с кастрюли и втянул носом запах супа на курице.

— М-м-м, божественно! Дина, ты тоже давай руки мой.

Динка скривила рожицу.

— Я суп не люблю.

— Видал? — спросил брата Лёшка.

Поварёшкой он зачерпнул гущи со дна, выгрузил в тарелку, добавил ещё.

— Дина, это не по-братски… тьфу! Не по-сестрински! — сказал Ромка, отряхивая ладони.

— Ну, ладно, — легко согласилась Динка. — Только мне чуть-чуть.