Коварная дверь не упустила такой дивный шанс. В мгновение ока она ожила и со всего маху прихлопнула меня сзади. Я кубарем влетел в кабинет. Чудо, что она мне хвост не прищемила!

Разозленный, я обернулся назад, оскалил зубы и зарычал. По двери побежали перепуганные огоньки защитного контура, и она… исчезла. Вместо нее перед нами была глухая стена без каких-либо признаков проема.

— А где выход? — растерянно спросила девушка.

На глазах у нее блеснули слезы. Монбазор, ничего не сказав, порывисто обнял магичку и прижал к себе.

— Прорвемся! — едва расслышал я.

Ох, надеюсь, в этот раз он обойдется минимальным количеством звуковых и зрительных эффектов.

В это же время

Орден Серебряного Лома. Испытательный полигон

Это был уже третий орден, куда они прибыли с официальной инспекцией, и всякий раз их встречали по-особенному. В Глиняном Демоне для столичных гостей, в первую очередь, было организовано застолье. Великий магистр ордена Бездонной Чаши Снуфелинг начал с экскурсии на производственный комплекс. Дурбанкул же повел их на полигон. Кажется, он пытался доказать, что закрывать программу «Шатер» преждевременно.

Первые несколько объектов вызвали у тайного советника Гельминтая, очевидно, игравшего роль представителя заказчика, только вежливую зевоту. Даже далекий от воинской науки Лабутински понимал, в чем тут проблема. На первый взгляд эффектно, но слишком сложно и поэтому нерационально.

Очевидно, это понял и Дурбанкул. Подозвав к себе секретаря, он отдал короткое распоряжение.

— О, это что-то новое! — советник заметно оживился. Его рука еще сильнее стиснула эфес висящего у него на поясе кинжала в богато изукрашенных ножнах.

На линию огня, печатая шаг, вышла дюжина големов. Каждый из них нес на плече длинную черную ребристую трубу, словно насаженную на кувшин. По команде управлявшего ими Гаудинера големы выстроились в одну шеренгу, приставив трубы к ноге и уперев донышки «кувшинов» в землю. Странные стволы, как примерно прикинул Лабутински, доставали бы среднему человеку до плеча. Интересно, из чего они сделаны?! По крайней мере, не из металла. Калибр у стволов был, скорее, пушечный, чем ружейный, так что, будь то бронза или чугун, их не уволокли бы в одиночку даже дюжие големы.

— А теперь представьте, что это ваши солдаты, — негромко произнес Великий магистр, обращаясь к советнику Гельминтаю.

Подняв руку, он резко опустил ее. Этот жест послужил сигналом. Големы подняли свое странное оружие, положили на плечо, придерживая стволы правой рукой, а свободной левой дернули за рычаг, торчащий из кувшина-каморы. Раздался треск, Лабутински ощутил высвобождающуюся магию. Големов качнуло отдачей, один из них упал, завалившись на спину. Но шагах в трехстах впереди выросла неровная цепочка разрывов. Во все стороны полетели комья земли.