Я ускорился. Приблизившись к воротам дома, остановился. Закрыты на засов. Дом внешне тоже цел. Это обнадеживало. Ярость, охватившая мое сердце, постепенно отпускала.

Заглянув в щель между бревен забора, я увидел на крыльце здоровенный завал из мебели, бочек и ящиков. С любопытством рассматривая нелепую конструкцию, я, наконец, заметил знакомую вихрастую шевелюру. Голова Барсука торчала из-за массивного кухонного стола, треснувшего практически пополам.

Облегченно улыбнувшись, я аккуратно перелез через забор. Сделав несколько шагов в направлении этой несуразной крепости, я намеренно задел носком сапога старое корыто, которое сиротливо валялось у самых ворот.

Нужно отдать должное Барсуку, на шум он отреагировал моментально. Зло вжикнувшая стрела пронеслась буквально в дюйме от моего виска. Бил на звук. Отличный выстрел. Вот что значит – сын охотника.

– Я уже все сказал! – зло произнес он из-за завала. – Это мой дом! Это моя земля! Я никуда не уйду! Каждого, кто попытается напасть, ждет смерть!

Сместившись вправо, под прикрытие столба, который придерживал навес рядом с курятником, я демонстративно прокашлялся и, улыбаясь, произнес:

– Дружище, а ведь я тебе уже говорил, что с такими соседями и врагов не нужно!

Вопреки моим опасениям, Барсук стрелять не стал.

– Эрик?! – ошарашенно выкрикнул он. – Это правда ты?

Выйдя из-за столба, я сделал несколько шагов вперед и убрал полог невидимости. М-да, вид вытянувшегося лица друга я запомню надолго.

– Это правда ты? – все еще не веря своим глазам, повторил Барсук.

– Эрик! – радостный крик выскочившей из двери Ласки привел ее брата в чувство.

Ловко перебравшись через завал, девушка уже бежала в мою сторону. Как всегда, легкая и свежая. Сделав несколько порывистых шагов навстречу, я замер на месте. Во рту враз пересохло. Сердце рвалось из груди. Я снова вижу ее лицо. Ее глаза…

– Жив! – выдохнула она, остановившись буквально в шаге от меня.

Всего одно слово… Но этот взгляд! Как много он сказал мне. В нем было все! И радость, и облегчение, и мольба… Было и еще кое-что в ее взгляде, но, увы, мне так и не удавалось распознать, что же это… Это было что-то новое. Оно заставляло сердце колотиться быстрее. Заполняло душу чем-то теплым, мягким. Но в тоже самое время щемящим и ноющим. На меня еще никто и никогда так не смотрел.

– Хвала небесам – жив, – приглушенно прошептала она и несмело коснулась своей горячей ладошкой моей щеки.

Я, боясь пошевелиться, впитывал волны тепла, наслаждаясь каждым мгновением нового неизведанного доселе чувства. Окружающий мир перестал существовать. Будто и не было его вовсе. А была только она…