Между круглых фар на прямоугольной решетке радиатора красовалась серебряная эмблема, похожая на устремленную ввысь ракету с красным флагом и звездой на макушке, а в основании три буквы – ЗИС.

– «32 14 кшш», – шепотом прочитал Артем номерной знак.

На другой стороне мальчика встречали Малыш с Карлсоном и Бременские музыканты. Над их головами висели буквы, украшенные гирляндами, – КИ ОТЕА Р КО ОБОК.

Артем подошел к передним дверям, постоял немного, осматриваясь по сторонам в поисках хозяина, и заглянул в щель между створок. Внутри царил непроницаемый мрак.

– Чунга-Чанга, синий небосвод! – заорал радостный голос над головой Артема. Сердце ухнуло вниз, и он в ужасе отскочил.

– Чунга-Чанга, лето круглый год! – прохрипел помятый рупор на крыше автобуса. На буквах заплясали цветные огоньки.

Артем устыдился своей трусости, и его охватила злость.

– Чунга-Чанга, весело живем… весело живем… весело живем… – в динамике что-то заело.

– Дурацкая песня! – Артем зарядил рогатку и прицелился в синюю лампочку.

Двери автобуса со скрежетом сложились пополам. Артем вздрогнул, выпустил кожеток, и камень проскочил мимо цели.

Из передвижного кинотеатра пролился голубой свет, вместе с ним выплескивался заразительный детский смех. Артем уставился на завораживающее таинственное свечение, и все его страхи, обиды, разочарования, неудачи… быстро растворились, и искрящаяся радость наполнила сознание. Больше всего на свете он хотел влиться в безудержное веселье и смотреть вместе с другими ребятами мультики.

Поглощенный ледяным сиянием Артем тихонько проскользнул в автобус. Двери за ним захлопнулись.

– Весело живем… весело живем… – песня оборвалась, и гирлянды погасли.

– Здравствуйте, – робко ответил Родион на телефонный звонок.

– Скажи Артему, чтобы сейчас же перезвонил и живо собирался домой! – сказал рассерженный женский голос.

– Он не со мной.

– Как не с тобой?! А где он?!

– Я не знаю, – пролепетал Родион. Он боялся властную и строгую мать Артема.

– Как это – не знаю?! Ты сам где?!