— Не понимаю, какое это имеет отношение к так называемому Волшебству.

— Несомненно, вы понимаете, к чему я веду. Эти силы, неизбежно признаваемые наиболее прагматичными частями нашего общества, некогда считались Волшебством или чем-то сверхъестественным. Принято считать, что они остаются в стороне от естественного природного порядка, но это огромное заблуждение: волшебники просто стараются выявить эти скрытые силы и работать с ними и посредством их, являются ли они частью нас или частью целого.

Как я ни старался сохранять отчужденность, должен признать, что Майкрофт начал пробивать во мне брешь. Нет, не скажу, что следил за ходом его рассуждений, но его голос стал убаюкивающе убедительным, почти гипнотическим (вы когда-нибудь подвергались гипнозу? Ощущение таково: вы воспринимаете окружающее, но не понимаете, что происходит), а странность комнаты с этим запахом ладана и мягким падающим сверху светом способствовала соответствующему эффекту. Всему этому следовало сознательно сопротивляться.

Я притворно зевнул.

Он притворно не заметил.

— Мы должны постепенно учиться. Сначала отбросить все ограничения, наложенные на нас с рождения, обновиться. Условности, рационализм, материализм, наши убеждения и этические принципы — все это не более чем психологические экраны. Нужно снова стать детьми, не испорченными этими влияниями. Юные верят в Волшебство, пока их не разубеждают в этом. Верования непросвещенной зрелости нужно отвергнуть, а сковывающие религиозные доктрины пресечь, поскольку религия приписывает божественную силу одному Богу, тогда как Волшебство предлагает божественную силу всем.

Я внутренне сжался, ожидая удара грома. Но, как ни странно, не дождался.

— Каждый предпринимаемый посвященным шаг должен быть испытан и должен предприниматься под чутким руководством, каждая новая открытая тайна должна быть осмыслена, каждая фаза развития подвержена размышлению. И возможно, первый и самый главный секрет — тот, что кроется в нас самих.

Майкрофт наклонился вперед, так что чуть ли не коснулся подбородком сжатых на трости рук, и понизил голос.

— И это, — проговорил он торжественно и доверительно, — тайна нашей собственной энергии, наших собственных астральных сил на земле, а также безграничных сил Вселенной. Волшебник, друг мой, всегда в поиске этих скрытых звеньев.

Майкрофт снова выпрямился, его лицо окаменело. У меня пересохло в горле.

— И когда эти звенья будут открыты, — добавил он так же тихо, — Волшебник может использовать их в своих целях.

Он дал мне время осознать все сказанное.