– Он прав? Действительно пища была такой силы, что мы теперь долго можем голодать?

– Возможно.

– Не слышу уверенности.

– Ardeur не всегда предсказуем, ma petite. Нужно еще несколько пиров такого размаха, чтобы можно было точно указать это как причину.

– А может быть, – сказала Элинор, – надо попытаться сообразить, насколько мощная пища тебе нужна, чтобы успокоить ardeur. Каждый день пировать на мастере города и его подчиненных – не получится. – Она подалась вперед на кресле, вся – кружева и атлас, но миленькой она не казалась. Слишком собранный у нее был вид для слова вроде «миленькая». – Может быть, нужна постоянная пища высокой силы.

– Мало кто из мастеров согласится стать постоянным pomme de sang для Аниты или для меня. Тем более если у них хватит силы править собственной территорией.

– А если у них не будет выбора?

Она показала на Реквиема.

– Ты мне предлагаешь намеренно ловить других мастеров вот так, как я случайно поймала Реквиема?

– Это решило бы множество проблем, – сказала она.

– Это было бы… – Я поискала слово, и не нашла ничего лучше: – Злом.

– Я думала, ты прагматичнее, Анита.

– Так поступить – это то же самое, как если бы мы согласились на просьбы – которые каждую неделю к нам приходят, – отдать тебя в поцелуй какого-нибудь мастера его любовницей. Мы даем тебе выбирать, Элинор. Как же ты можешь предлагать лишить кого-то того же права выбора?

– Я бы не была зачарована, Анита. Я бы каждую ночь, когда он бы касался меня, на меня ложился, знала бы, что я его ненавижу. Реквием тебя обожает, и будет обожать, пока не найдет – если это случится – истинную любовь. А до того он будет в постели женщины, которую обожает, будет наслаждаться потрясающим сексом и радоваться каждой минуте его. Это не то же самое, Анита, можешь мне поверить.

– Но это вроде метафизического наркотика для изнасилования на свидании – когда тебя вот так используют. Оттого, что ты радуешься изнасилованию, оно изнасилованием быть не перестает.

– Ты так думаешь, ma petite?

Я покачала головой:

– Для Реквиема уже поздно, я это признаю. Так что я попытаюсь питать на нем ardeur.

Он поцеловал мне руку:

– Благодарю тебя, госпожа!