– Из них по крайней мере двое – это бойфренды.

– Потенциальные отцы?

– Да.

– Если будут вести себя прилично, то ладно.

– Если кто и будет вести себя неприлично, то это я, – сказала я и повесила трубку.

Грубо, конечно, но у меня уже нервы не выдерживали разговоров на эту тему. Мне было страшно, так страшно, что кожа холодела… Холодела? Я потрогала себе лоб, пытаясь понять, действительно ли мне холодно. Если да, то я подвергла опасности Дамиана, моего бедного слугу-вампира, первого из мужчин, из которых я метафизически выкачивала энергию, если между кормлениями проходило слишком много времени. Я его не высасываю до смерти, так что он уже из гроба подняться не сможет? Мне удалось укротить ardeur, чтобы он не был таким требовательным, я могла отодвинуть его на несколько часов, но цена за это была высока. Иногда она поднималась почти до жизни Дамиана. Теоретически после смерти Дамиана я начала бы высасывать Натэниела. Только мне никогда не хотелось проверить эту теорию экспериментом.

Я посмотрела на часы: десять утра. Господи, какое длинное, черт бы его побрал, утро. Невероятно рано, чтобы столько вампиров Жан-Клода уже поднялись. Пока что только мастера проснулись, а Дамиан в это число не входит. Но все-таки… может, я уже его высасываю, только потому что не накормила ardeur и сама не позавтракала? Настоящая еда помогала сдерживать другие виды голода, от ardeur'а и до зверей. А я еще даже чашки кофе не выпила. Еще не время было для этого, но сколько же я уже бодрствовала не евши, что это стало ошибкой. Может быть, мы вчера достаточно хорошо попировали на Огюстине, но рисковать я не могла. Нужно поесть. Только вопрос, какой голод утолять первым. Так секс или кофе? Хм… подумать надо.

Глава двадцать девятая

Глава двадцать девятая

Оказалось, что кофе прежде. Реквиема в спальне не было, а Мика вошел в дверь, неся поднос с завтраком. Он не сказал, что я слишком затянула с едой, подвергла опасности Дамиана, могла пробудить зверей с риском для себя или для ребенка, не сказал, что я пренебрегаю своим здоровьем, что ardeur от этого может стать неконтролируемым, – он просто принес завтрак и поставил его на столик. Две чашки кофе, круассаны, сыр и фрукты. Всю еду в «Цирк» приносили, потому что кухни здесь нет. Прежний мастер города не держала при себе много людей, и плевать ей было, удобно им или нет. Жан-Клод первым делом перестроил ванные – приоритеты. Хорошую еду можно заказать, и ее принесут, но приличную ванну тебе не принесет никто. И все же, глядя на этот поднос, я в который раз подумала: «Нам нужна кухня».