Я наморщила брови:

– Очень ведь ограниченная специализация.

– Число пациенток с каждым годом растет, – ответил Норт.

Я ответила на ее вопрос:

– Укус вампира во многом подобен любой другой ране: если от него произошла смерть, то картина кровоподтеков отличается. Могут остаться только две колотых ранки, потому что после удара клыков кровь течет свободно из-за антикоагулянта, содержащегося в вампирской слюне. Вампир не ест, а пьет. Некоторые из старых вампиров гордятся своим умением не оставлять следов, кроме двух проколов. Более молодые оставляют отпечатки зубов, но редко когда какие-либо зубы прокусывают кожу, кроме клыков. В немногих известных мне случаях, когда вампиры оставляли следы не только клыков, это делалось с намерением причинить боль, а не только взять кровь. Они хотели оставить рану.

– Мы видели однажды тело жертвы – как решили, нападения вампира и оборотня, потому что остались следы клыков, но область ключиц и шеи была растерзана.

Я покачала головой. Теперь, когда Норт привлек к ране мое внимание, она стала слегка саднить. Реквием в этом своем укусе не проявил себя джентльменом – в жару голода он не просто ввел клыки.

– Этот случай мне неизвестен, но это мог быть и только вампир.

Она покачала головой:

– Очень обширные повреждения.

Я показала правую руку с холмиком рубцовой ткани на сгибе.

– Вампир, – сказала я. Отодвинула воротник футболки, слегка вытянув шею, чтобы показать шрамы на ключице. – Другой вампир. Он сломал мне ключицу и терзал рану, как терьер крысу.

Она слегка побледнела, но сказала:

– Я бы очень хотела связаться с кафедрой судебной медицины и попросить, чтобы организовали вашу лекцию. Мне кажется, что поговорить с вами и увидеть ваши шрамы – это очень помогло бы коронерам и патанатомам по всей стране правильно определять источники повреждений для некоторых жертв.

Она протянула было руку, но остановилась.

– Можете потрогать шрамы, если хотите, – сказала я.

Она глянула на Норта, он слегка кивнул. Она очень осторожно ощупала шрам на ключице, будто это было более интимное прикосновение, чем должно было быть. По шрамам на локтевом сгибе она прошлась пальцами, будто запоминая их, и дошла до следов когтей на предплечье.

– Ликантроп?

– На самом деле, ведьма-оборотень.

У нее глаза стали больше: