— Ну, если они выращивают капусту величиной с бегемота и форель размером с акулу…

— Меня просто в дрожь бросает от всей этой мерзости, — сказала Эйлин, поморщившись.

Теперь солома шевелилась по всему полу, и странные гибкие тени, извиваясь в воздухе, тянули к ним свои щупальца.

— Быстрее! Вон туда! — крикнул Спаркс, указывая на просвет впереди.

Дойл, схватив за руку Эйлин и размахивая факелом, кинулся в указанном направлении. Неожиданно справа от него вверх взвилось скользкое туловище змеи; на голове этого мерзкого гада были три устрашающие пасти, утыканные острыми белыми зубами. Точно такие чудовища вылезали из воды и слева, и впереди, и позади Дойла.

Это были пиявки. Гигантские пиявки, учуявшие запах человеческой крови.

Выхватив клинок, Спаркс мощным ударом разрубил одну из этих отвратительных тварей. Пиявка лопнула, забрызгав все вокруг густой темной жидкостью.

Дойл, размахивая факелом, отпугивал этих гадов. Они тут же сворачивались в кольца, инстинктивно избегая огня.

— Поджигайте солому, Дойл! — крикнул Спаркс и ударом шпаги разрубил еще одну тварь.

Она, клацая зубами, напала сзади и ободрала ему плечо. Дойл опустил факел. Сухая солома мгновенно вспыхнула, отгоняя подползавших монстров.

— Сюда! — заорал Дойл, отшвыривая ногой полыхавшую солому.

Спаркс и Эйлин кинулись за ним. Обернувшись, они увидели, как корчатся в огне отвратительные туловища скользких гадов.

Повыше приподняв факел, Дойл заметил впереди дверь. Отодвинув засов, они выскочили из пещеры и оказались на товарном дворе, или на территории складов, или где-то вроде этого. Кругом громоздились ряды бочек, слышался стук копыт и сердитые мужские голоса. Полная луна, повиснув на небе, освещала все вокруг. Дойл погасил факел.

— Меня тошнит, — прошептала Эйлин.

Дойл отвел ее в сторонку. Приступ рвоты вывернул Эйлин наизнанку. Она дрожала как в лихорадке и покрылась холодным потом. Дойл пытался согреть Эйлин, загораживая ее от ветра, и растирал ее заледеневшие руки.

У них не было сил обсуждать подробности перенесенного ужаса. Казалось, молчание может обратить увиденное в кошмарный сон и на этом все кончится. «Сколько человеческих жизней загублено в этом адском подземелье?» — с содроганием подумал Дойл. Запугать этой преисподней и уничтожить там можно любого. Кости лорда Николсона, наверное, лежат теперь в этой смердящей жиже…

Неужели эти жуткие пиявки — плод взаимоотношений Вамберга с силами природы? Трудно представить, но, похоже, этим мерзавцам подвластны какие-то фундаментальные законы материи и духа!

К Эйлин и Дойлу приблизился Спаркс.