— Куда?

— На станцию, к поезду. Наверное, они отправились в Балмор. Теперь от принца толку мало.

— Не станут ли они держать его в заложниках? — спросил Дойл.

— Зачем? На них теперь будут охотиться повсюду, а как свидетель принц никакого вреда причинить не может. Он был почетным гостем на празднике, и что из этого?

— Это означает, что мы победили их, Джек!

— Возможно.

Дойлу не давал покоя один вопрос.

— Почему они не преследуют нас, Джек?

— Им надо решать гораздо более важные задачи, — заметила Эйлин.

— Верно, — сказал Спаркс. — Но ни сегодня, ни завтра заниматься этим они не будут. Потом — да, но не сейчас.

Все трое замолчали.

— Интересно, как мы выберемся отсюда? — проговорил Дойл.

— Очень просто, друг мой, — ответил Джек. — Прогуляемся пешком.

Выйдя из-за бочки, Спаркс направился в глубину двора. Дойл и Эйлин последовали за ним, никто не обращал на них внимания. Через несколько минут они вышли из ворот Рэвенскара и навсегда покинули это страшное место.

Узкая дорожка бежала мимо кондитерской фабрики. Тусклый электрический свет освещал проходную, через открытые двери которой сновали рабочие. Налево от здания фабрики раскинулись торфяники, запорошенные снегом. Спаркс замедлил шаги, заметив впереди железнодорожные пути, ведущие на грузовой двор фабрики.

— Не мешало бы взглянуть, что они там производят, — сказал Спаркс.

Они направились к воротам, за которыми на подъездных путях, тянувшихся через цех, стояли крытые грузовые вагоны.

Это громадное помещение, полное дыма, копоти и грязи, меньше всего напоминало цех кондитерской фабрики.

По широким конвейерам, поднимавшимся к ревущим топкам, непрерывным потоком двигалась железная руда. Огромные котлы были подвешены на цепях над гигантскими, размером с дом, матрицами. Под самой крышей беспрерывно двигались и скрежетали какие-то крюки, ремни, приводы, лебедки и маховики, и разобраться в назначении каждого из них не было никакой возможности. Из печей и каких-то изогнутых труб вырывались разноцветные языки пламени, возле которых, словно армия муравьев, копошились обнаженные по пояс рабочие, с головы до ног покрытые копотью. Казалось, если они исчезнут из этого ада, то металлические чудовища все равно будут изрыгать огонь, ни на минуту не прекращая свою бессмысленную работу.

Понять, что производилось в этом цехе, было крайне сложно. Изделия, стоявшие на тележках, были накрыты чехлами. Они походили на пушки, но по размерам превышали любые известные орудия. Одно было ясно без всяких сомнений: это было оружие, приготовленное для будущей бойни, в которую собирались втянуть неразумное человечество.