Старяясь не вступить в колабахи, они двинулись к тому оконному проему, через который и попали внутрь.

— Блин! Пиво такая странная вещь. Его вытекает гораздо больше, чем вте…

Вдруг Коша наткнулась лицом на Мусину спину.

— Тшш. Стой! — шикнула та, и судорожно сжала руку подружки.

Хлопнула тихонько дверца машины, потом другая. Коша выглянула из-за Мусиного плеча и тоже прильнула лицом к щели в досках. Напротив под фонарем, где они только что пили пиво, у дверей с надписью LOST стояли, морда к морде, два мерсюка. Два глухонемых мужика ругались у машин, бешено жестикулируя руками. Ругались крепко. Даже в темноте было видно, что лица у них красные. Кажется, они ни до чего не договорились, потому что расселись по машинам и, уже не остерегаясь, хлопнули наотмашь дверцами. Взвизгнув протекторами, мерсюки метнулись в разные стороны улицы.

Подруги неторопливо выбрались наружу и с изумлением остановились у дверей LOSTа.

— Вот прикол! А Муся! Первый раз вижу такой прикол! — возбужденно зашептала Коша.

Она попятилась и споткнулась.

— Блин! Муся! Да тут чемодан! — Коша подняла его и покачала в руке. — Интересно, что в нем — бабки или наркотики?

— А вдруг бомба? — Муся подбрела ближе, и провела пальцем по коже. — Дорогой! Вдруг они хотят взорвать LOST?

— Сдается мне, что это LOST и есть. — хихикнула Коша. — Ничего себе потеря!

В это время раздался звук приближающегося автомобиля.

Крикнув Мусе:

— Бежим! — Коша кинулась назад в разобранный дом.

Не опасаясь грохота (сзади были глухие) подруги пробились на другую сторону во двор, который, слава богу, оказался проходным. На соседней улице была болотная тишина. Осторожно, стараясь не возмущать ее сонности, девушки прошли до площади Труда и замерли, стремясь почувствовать будущее. Недремлющее око площади тут же выпялилось на съежившиеся около узорной ограды фигурки, нависнув сверху темными окнами зданий и нервными гривами тополей. По небу пробежала дрожь — такое уж это место, тут всегда надо ждать какого-то происшествия. Пространство тут завязано в такой узел, что непременно что-то случается — но это самый короткий путь на Ваську. На мосту уже зажглись фонари красных светофоров — стало быть его с минуты на минуту начнут разводить.

Девчонки молча рванули к Неве. Уже спиной Коша почувствовала, что площадь Труда сделала свое черное дело. Пространство сзади сузилось в черную кривую воронку, которая пролегла через узенькую улочку до самого памятника Петру. И там где-то сверкнуло холодное лезвие ярости.

— Муся! Быстрее! — заорала Коша, задыхаясь.

Один мерс догнал их в тот момент, когда они были в нескольких метрах от стыка, уже разомкнувшего свои стальные челюсти. Менты из будки, кинулись, было, за девчонками, но притормозили, увидев более крупную добычу. Глухонемой настолько озверел, что вылетел из машины с пушкой и сразу пустил ее в ход.