— Наверно, — вздохнула Е-Кош.
Рита перевернула страницу.
Костер в снегу ежился и жалобно выпрашивал пищи. Мокрые обломки досок и ветвей дымились и нехотя поддавались его маленьким слабым зубкам. Две заснеженные фигуры виднелись в серой снежной кутерьме подле искореженного остова баржи. Коша протерла рукой намокшее от снега лицо.
— Роня! Я сделала открытие, почему люди бухают…
Тот присел на корточки:
— От недостатка положительных эмоций. Нет?
— Не-а. — Коша помотала головой. — Я поняла! Они упрощают состояние.
— М-м-м, — Роня бросил прутик в костер.
Коша снова вытерла лицо.
— Я на днях маялась-маялась, сама не знала, чего ж хочу-то? А потом выпила полбутылочки и мне стало так — все параллельно!
— Насчет упрощения я согласен. Алкоголь вообще все упрощает. Если пить помногу, то можно так упроститься…
Они помолчали, завороженные снежными спиралями. Коша заметила, что Роня пытается сделать какой-то выбор, но то ли не решается сказать, то ли не знает, какие найти слова.
— У тебя что-то случилось? — решила Коша ему помочь.
Роня решился:
— Знаешь… На самом деле я просто отсюда хочу уехать. Ко мне мужик вчера приходил из какой-то конторы. Откуда-то они знают про меня такое, чего я никому не говорил. Сказал, что я им подхожу. И что у меня есть пара недель подумать. Вот я и хочу уехать и подумать.
— А что они такое знают? — обеспокоилась Коша.
Роня рассеянно махнул рукой: