— Нет. Марок не хочется, — поморщилась Муся. — Я от измены никак не отойду.
Коша секунду подумала и мотнула головой:
— Не… Не хочу. Марки — грузно. Думать, наблюдать, жилы, гореть. Не хочу. Лень. Вино. Трава. Курить. Колбаситься. Дискотека.
— Давай, — покладисто согласился Череп. — Пойдемте в дабл, покурим.
— Не… — протянула Коша. — Я так не хочу. Давайте вина сначала. Когда сначала трава — спать хочется. А я хочу оторваться!
Череп кивнул и направился с стойке бара.
— Как ты, Мусенька, без меня? — Коша погладила подругу по волосам. — Ты все с Черепом?
— Ой! Кош… — Муся тягостно вздохнула. — Я тут и с Черепом и без Черепа. Месяц меня Зыскин выгуливал. Потом мы с ним поцапались. Пока он меня просто развлекал и кормил, я, понятно, дружила с ним. А потом он давай меня замуж звать, с мамой знакомить — это уж слишком!
— Зыскин? Замуж? — Коша покачала головой.
— Ну… Его Котов сблатовал в мэрию работать. Он хочет теперь совсем взрослым быть. Чтоб семья, дети и все такое… Ну я напилась и наорала на него. Он со мной неделю не разговаривал, потом простил. Теперь опять яичницей угощает…
Коша не нашла ничего лучше, как многозначительно заметить:
— Да-а-а… И у меня такая же байда.
Вдруг ее голову осенила замечательная по своей банальности мысль, но именно банальность мысли убедила в ее правильности и гениальности. Коша как-то бессловесно осознала, что даже понарошку, для заполнения паузы, произнося «Да», она берет ответственность за соучастие в событиях, которые не имеют к ней никакого отношения. Да, но если не говорить время от времени совершенно бессмысленное «Да» или «Нет»- хотя, конечно, «Да» предпочтительнее, оно не так раздражает — можно остаться совсем без совести. В том смысле, что окружающие просто перестанут понимать тебя. Не каждый способен думать своей головой. Тем более, что своей головы-то и нету. Кому она нужна? Коша раздраженно оценила бессмысленность моральных предубеждений общества, которому собственно нет никакого дела до истинного смысла событий. А единственным корыстным интересом является регулярное сообщничество, иначе — подтверждение тождественности его модулей. Нетождественность — не прощается.
Вдруг ее голову осенила замечательная по своей банальности мысль, но именно банальность мысли убедила в ее правильности и гениальности. Коша как-то бессловесно осознала, что даже понарошку, для заполнения паузы, произнося «Да», она берет ответственность за соучастие в событиях, которые не имеют к ней никакого отношения. Да, но если не говорить время от времени совершенно бессмысленное «Да» или «Нет»- хотя, конечно, «Да» предпочтительнее, оно не так раздражает — можно остаться совсем без совести. В том смысле, что окружающие просто перестанут понимать тебя. Не каждый способен думать своей головой. Тем более, что своей головы-то и нету. Кому она нужна? Коша раздраженно оценила бессмысленность моральных предубеждений общества, которому собственно нет никакого дела до истинного смысла событий. А единственным корыстным интересом является регулярное сообщничество, иначе — подтверждение тождественности его модулей. Нетождественность — не прощается.