Коша аккуратно надавила на кожу просвечивающую веной и там осталась вмятинка, но до вены было не так просто. Кожа жалобно екнула болью. Коша разозлилась и полоснула наотмашь. Хлынула черная горячая струя. Ранка раздвинула желтоватые губки с пузырьками подкожного жира, втягивая опасливо внутрь белые ниточки жилок (или перерезанных нервов?). Кончик ножа завороженно ковырял внутренность руки, пытаясь понять из чего она сделана. Боль не мешала. Она была снаружи. Голова начала кружиться.

Коша вынула руку из воды.

Жидкая красная струйка потекла по предплечью.

Стало спокойно и скучно. В этом тоже ничего не было. Это было точно так же глупо, как и любое не это.

Неожиданно для себя Коша совершила следующее странное действие. Она поднялась. Вылезла из порозовевшей воды, и внимательно посмотрела в глаза своему отражению. Обмакнув указательный палец правой руки, начертила на стекле тот самый иероглиф, который видела на дверях в Рониной комнате. На воздухе кровь быстро свернулась черным студенистым комком. Коша прошла в комнату, перетянула рану куском простыни и легла в постель.

Спать.

«Странно быть и врачом и пациентом одновременно…» — промелькнуло уже за границей сна. Как будто кто-то сказал.

(Рита)

Рита все яснее представляла свои дальнейшие поступки.

Первый вариант.

Рита меняет документы и сдает Кошу в дурку. С такой тетрадкой — легко.

Поскольку у нее явный бред, то с диагнозом «Шизофрения» девушка отдохнет в дурке на пару-тройку месяцев. Маме, своей маме, Рита как-нибудь объяснит, в чем дело. А черные парни поймут через пару месяцев, что ловить нечего. Ну дойдет до них, что она в дурке. И что они? В дурку полезут?

Второй вариант.

Рита меняет документы и отправляет сумасшедшую в Голландию вместо себя. Она художница! Познакомится с психами, покурит с ними травки.

А Рита здесь. Только больше никто не знает, что это — она. Роня — не в счет. Ладно! Посмотрим, что дальше…

ЧЕРЕП ХОЧЕТ ЗАВЯЗАТЬ

ЧЕРЕП ХОЧЕТ ЗАВЯЗАТЬ