– Я бы даже заметил – сбитая пешка! – с этими словами он запихал бумажный комок в раскрытый рот мертвого редактора.

38

38

Тихонов впервые за последние дни чувствовал себя спокойно и уверенно. Возможно, оттого, что в его жизни появился человек, которого нужно было защищать. Он с нежностью посмотрел на Ольгу. Та спала, бережно положив перевязанную руку поверх одеяла. На лице девушке играла безмятежная улыбка и Сергей, не удержавшись, поцеловал возлюбленную в щеку. Ради этой улыбки он был готов сразиться с ротой чашниковых и легионом древних богов!

Часы на прикроватной тумбочке показывали четверть второго и Сергей с сожалением сосчитал время, которое сможет провести под одним одеялом с Ольгой, чувствуя каждой клеточкой тела ее близость. Утро сулило массу неотложных дел и исключало всякую возможность поваляться в постели. Необходимо было побывать в редакции и осмотреть дом, о котором рассказала Ольга. Журналист был уверен, что найдет там следы пребывания банды Чашникова, а возможно и того, кто был идейным вдохновителем суеты вокруг Тармагураха. Перед мысленным взором Сергея появилось лицо улыбающегося Короткова. А что если ученый свихнулся на почве своих исследований и решил возродить культ забытого божества?

Перебирая в уме различные версии, Тихонов начал проваливаться в сон. Закрывая глаза, он слышал убаюкивающее ворчание холодильника на кухне. Электромеханический мотив периодически стихал, чтобы через несколько минут зазвучать вновь. Сергею даже показалось, что он различает отдельные слова монотонной песенки. Наступила очередная пауза, после которой отчетливо прозвучала фраза на чужом, но очень знакомом языке. Узбекский! Сергей узнал голос говорившего и с ужасом понял, что не спит.

– Кан дей сан, ошна? – вновь донеслось из кухни.

Артур Мамедов интересовался у как идут дела у сослуживца…

Тихонов встал и, цепенея от близости сверхъестественного, двинулся на кухню. Он очень надеялся на то, что стал жертвой слуховой галлюцинации и ничего особенного не увидит. Однако погибший друг сидел, опершись локтями на стол и, приветливо улыбался. На Мамедове была парадная форма десантника. Свой голубой берет он положил на холодильник.

– Как дела, друг? – повторил Артур свой вопрос уже на русском. – В свое время ты не испугался даже отморозков Черного Рашида, а теперь бледнеешь при виде дружелюбного призрака?

– Артур… Я должен просить у тебя прощения, – выдавил из себя Сергей. – Тогда, в апреле…

– Не надо об этом, – призрак сделал протестующий жест рукой. – Мой счет оплачен и закрыт. Я послан, чтобы напомнить о твоем долге.