— Очень хорошо.

Лейн убрала листок и тронула машину с места.

— Я еще кое — что прихватил для него, — сказал Райли. Он приподнял отворот своих голубых джинсов, наклонился и вытащил нож. Лейн посмотрела на него. Нож выглядел внушительно. Его лезвие было длиной, вероятно, не менее восьми дюймов.

— Мы сделаем вот как, — сказал он. — Ты будешь держать этого ублюдка под прицелом. Я сам пришью его. Стреляй только в случае крайней необходимости.

— Мы с тобой будем алиби друг для друга, — сказала Лейн, в голосе ее слышалась дрожь.

— К черту алиби. Мне плевать, если меня посадят из — за него.

— А мне нет. И уверена, твоей маме тоже. Если нас поймают, нас могут и не осудить за это или могут отсрочить приговор. Я вообще не думаю, чтобы нас за это посадили. Но давай попробуем сделать так, чтобы полиция не могла подкопаться.

— Вот как? И как же ты собираешься это осуществить?

— Может, обставить все так, чтобы это выглядело как самоубийство?

— К черту это. Я собираюсь прирезать этого хлыста. Я отрежу ему голову.

— Может, нам удастся заставить его написать предсмертную записку. Заставить признаться, что он сделал с Джессикой. На бумаге. А потом мы повесим его. Прямо в его доме.

— Ты начиталась слишком много идиотских книг.

— Но все — таки стоит попробовать.

На улице, где жил Крамер, в двух кварталах от его дома Лейн съехала на обочину. Она посмотрела на Райли. В правой руке он держал нож, вытирая лезвие о штанину.

— Наверное, отсюда нам лучше дойти пешком, — предложила она. — Так навряд ли кто-нибудь свяжет нашу машину с тем, что случится с Крамером. — Лейн замолчала, стараясь восстановить дыхание. Она еще ничего не сделала, но у нее было такое чувство, будто она одним махом одолела несколько пролетов лестницы. — Выходи через пару минут.

— Ты будешь там с ним наедине.

— Как будто я сама не знаю, — прошептала она. Она поставила на колени сумку и бросила туда ключи. Убедившись, что поблизости никого нет, она вынула револьвер, а сумку поставила на пол. Откинувшись назад, вытащила из — под пояса блузку, приподняла немного ее спереди и сунула револьвер за пояс юбки, дулом вниз. Опустив блузку, она прижала револьвер к животу, открыла дверцу и вышла.

— Удачи тебе, — сказал Райли.

— Спасибо, — она захлопнула дверцу. Стоя лицом к машине, она сунула револьвер поглубже, пока не пристроила его поудобнее между юбкой и телом. Затем оглядела себя. Широкая блузка скрывала все выпуклости.

Сзади блузка прилипла к спине. Лейн отлепила ее, но как только она ее отпустила, та прилипла снова.