– Из университета снова звонили. Говорят, ты курсовик вовремя не сдал. Ты уж постарайся, ладно?

Понятно. Я студент. И в армии, так сказать. С шансом на повышение, если верить надеждам отца. Круто.

Мама смотрела новости. Телевизор был стеной. Точнее стена – экраном телевизора.

Дикторша, мулатка, как будто сидя за столом прямо в их комнате, рассказала, что показатели преступности не растут. Что агрессия упала до рекордного уровня. И что военная политика оправдала себя.

– Врут. Все врут! – горячился отец.

Дикторша отца не слышала, но сообщила о новой тактической перестановке и смене функциональных единиц.

– Вот! – торжествовал отец. – Я же предупреждал! Если на отдельном участке такой бардак творится…

Картинка исчезла. Возникла темнота. Потом Арсений увидел себя в кровати. Рядом стояла мама и заботливо подтыкала одеяло.

– Спи, мой хороший, спи. Завтра снова будет утро. И я разбужу тебя.

Снова это проклятое болото. Но в этот раз Арсений не думал его пересекать. Он хорошо запомнил относительно безопасный путь. Если не медлить – все получится.

– Справа есть проход! – уверенно проорал он в темноту, стараясь перекричать грохот.

– Ты уверен? – орали ему в ответ.

– Верняк. В прошлый раз они слева поперли. А до обстрела минут двадцать.

– Да помню я!

– Не перебивай! Трепаться дома будешь. Всё. Ноги в руки и пошли.

Арсений рысцой двинулся за еловым подлеском. Пригибаясь. Уверенный в правильности принятого решения. Перепрыгнул мелкий пологий окопчик – какой кретин так роет! Вильнул между деревьями, слыша за собой топот. Тут постреливали, но как-то вяло. Были уверены, что они выполнят приказ и попрут напрямик. Ха! Не на того напоролись.

Вдали виделся просвет. Опушка леса.

– Не отставать!

Кто-то дышал прямо в затылок.

– Есть! – Арсений вылетел из леса.