— Как это какие? Да тут черт-те что происходит! Одно мясо это…

— Корзун, ты надоел уже, — сказал Малина.

— А сам-то ты чего амулет от сглаза повесил? — огрызнулся Корзун.

— Какой амулет? — Малина похлопал себя по карманам. — Нет у меня никакого амулета.

— Нет? — выдохнул Корзун.

— Нет. И никогда не было. Тебе приснилось, Корзун. Ты не болен случайно?

— А мне казалось… — Корзун был озадачен. — А мне казалось, что у тебя амулет…

— Корзун, ты давай успокойся лучше, — посоветовал Малина. — И давай слушать будем. Самое интересное начинается. Правда, Борев?

— Это точно. — Борев выплюнул в окошко комок сжеванной коры. — Самое интересное у нас впереди. Новенький, давай читай. А этого Корзуна ты не бойся. У него у самого холодные пятна на спине скоро пойдут.

— А я и не боюсь. — Новенький достал тетрадь и продолжил чтение:

«Пятно было ледяным. Цвета скорее не фиолетового, а сизого. Цвета голубя. Пятно спало под кожей и чуть-чуть выделялось над ее поверхностью, как будто там было спрятано плоское блюдечко от китайской лапши. И формой пятно тоже напоминало блюдечко, только слегка удлиненное по краям. Это пятно было совсем не похоже на тот синяк, который я трогала у Дэна. Тот был нормальным. Обычным синяком. Долбаните себя как следует по коленке чем-нибудь корявым, и вы сразу же обнаружите у себя такой же. Синяк у Жука — ненормальный. Это не синяк.

Я натянула перчатки и попробовала пощупать пятно посильнее. Пятно вдруг зашевелилось, и кожа над ним сразу покрылась напряженными красными венами. Я отдернула руку и еле сдержалась, чтобы не закричать.

Жук застонал и открыл глаза.

— Что там? — спросил он. — Что?

— Ничего, — сказала я. — Просто синяк. Ты ушибся сильно, вот и синяк.

— Это там, — прошептал Жук. — В трубе. Когда мы задом наперед лезли, стукнулся. Больно. И жжет…

— А Дэн? — спросила я. — Дэн стукался?

— Не знаю… Я на него не смотрел… Может…

Пятно успокоилось.

— Может, зеленкой помажем? — предложил Жук. — А еще свинцовая примочка здорово помогает…