Шеннон молча кивнула.

Улыбка исчезла.

— Ты ленивая сучка! — воскликнул мистер Лэм. — Долбаная ленивая сучка! Ты полагаешь, что можешь просто смыться с работы всякий раз, когда тебе захочется, в то время как все преданные усердные сотрудники «Хранилища» останутся здесь и будут надрывать задницу, вкалывая за тебя?

Шеннон была потрясена, напугана, застигнута врасплох как яростным тоном мистера Лэма, так и грубостью его выражений. Съежившись, она отпрянула назад, когда он перегнулся через стол.

— Все наши правила и порядки, все традиции и законы придется перекраивать и подстраивать только потому, что одна маленькая гребаная шлюха, работающая на полставки, не может выполнять свою работу как надо. Я правильно тебя понял?

Шеннон робко покачала головой.

— Я… извините, я… я не…

— Перестань скулить! — приказал мистер Лэм.

Шеннон умолкла, а менеджер по кадрам, откинувшись на спинку кресла, стиснул кончики пальцев, делая вид, будто размышляет.

— «Хранилище» — это не благотворительная организация, — наконец сказал он. — Назовите хотя бы одну вескую причину, почему я должен отпустить вас в отпуск, позволить вам мотаться по стране, в то время как вы должны работать.

— Ни одной веской причины нет, — призналась Шеннон. — Извините за то, что обратилась к вам с этой просьбой. Я не хотела вас беспокоить…

Внезапно мистер Лэм расхохотался. Развернувшись в крутящемся кресле, он ткнул пальцем в Шеннон.

— Попалась!

Та недоуменно заморгала, сбитая с толку. Не переставая смеяться, мистер Лэм продолжал смотреть на нее, и она попыталась улыбнуться, сама не зная, чему.

— Я знал, о чем ты собираешься меня просить, еще до того, как мы пришли сюда, — сказал мистер Лэм, успокаиваясь. — Все уже улажено. На все дни тебе уже нашли подмену. Можешь отправляться в отпуск со своими родителями.

Шеннон покачала головой.

— Откуда…

— …я узнал? — закончил за нее он. — Твоя сестра заглянула ко мне перед началом своей смены и рассказала мне все.