1
Ему объявили войну.
Бен не знал, откуда это стало известно, но руководство «Хранилища» каким-то образом прознало о том, что он работает над большим разоблачительным материалом.
И за ним начали охоту.
Бен позвонил, чтобы получить у кого-нибудь из руководства обычную цитату «в духе руководящей линии партии», но вместо этого попал на мистера Лэма. Он начал было объяснять менеджеру по кадрам, что он свободный журналист, работает над статьей для общенационального журнала, но тот его грубо оборвал.
— Над
Опешивший Бен молчал.
— Мы знаем своих друзей. И мы знаем своих врагов.
После этого в трубке щелкнуло и послышались короткие гудки, и хотя Бен работал журналистом уже больше двадцати пяти лет и повидал на своем веку всякое, сейчас у него затряслись руки и гулко заколотилось сердце.
Было в этом «Хранилище» нечто зловещее.
Однако ему дали шанс. Кто-то из руководства «Хранилища» вышел на него, кое-что подсказал, дал кое-какие советы. То же самое подтвердили Билл и Шеннон.
В корпорации были те, кого не устраивало нынешнее положение дел.
Это был хороший знак.
Очень хороший знак.
Бен не знал, кто они такие, но это звучало многообещающе. От одной этой концепции бросало в дрожь, но тут налицо было нарушение законов, морали, этики. Причем в том зрелищном виде, какой обожают средства массовой информации. Именно такой материал покупают главные редакторы, именно такой материал читают читатели. Подобные разоблачения валят гигантов. Журналисты мечтают о них.
Даже без «ночных управляющих» статья должна была получиться чертовски интересной. Бен переговорил с Джеком Пайлом, своим давнишним другом, живущим в Денвере, и тот обещал прислать кучу всякой информации. Джек и сам в свое время работал над похожим материалом, вдохновленный недавним контактом своего сына с «Хранилищем», но под конец он струсил, испугался, что, если разоблачение будет опубликовано, «Хранилище» нанесет его сыну ответный удар.
— Это культ, — сказал Джек. — И если кто-нибудь из своих нарушит внутренний распорядок, раскроет рот… этому бедняге не позавидуешь.