Он начал было набирать номер Стрита, но затем положил трубку и поехал к нему домой.

Мало ли что. Возможно, телефон прослушивается.

Скорее всего, прослушивается.

Стрит встретил идею Бена без особого энтузиазма. Он согласился помочь, исполнить свою роль, но выразил сомнение в том, что есть смысл проводить ночь в «Хранилище».

— Глупость какая-то, — проворчал Стрит. — В духе долбаных «Мальчишек Харди»[38]. Так поступили бы Том Сойер и Гек Финн. А не уважаемый журналист, работающий над материалом.

— С каких это пор я стал уважаемым журналистом? — рассмеялся Бен.

— Это ты точно заметил.

Но Стрит все еще был встревожен, и Бен вынужден был признать, что опасения его друга имеют под собой основание. Он и сам уже начинал сомневаться, правильно ли поступает. Однако пока он спорил сам с собой, стоит ли ему с этим связываться, они со Стритом делали то, что наметили, выполняли четкие, спланированные действия, и не успели оба опомниться, как оказались в пустом мужском туалете, Стрит запер дверь и сделал вид, будто справляет малую нужду, а Бен, укрываясь за ним, проскользнул под камерой видеонаблюдения и с помощью предусмотрительно захваченных инструментов отключил ее.

— Сколько сейчас времени? — спросил он, подходя к раковине, чтобы проверить в зеркале свой внешний вид.

— Уже почти десять вечера.

— «Хранилище» закрывается, — сказал Бен. — Тебе лучше поторопиться.

— Еще минуту.

— Быстро.

— Ей-богу, мне нужно отлить, — сказал Стрит.

— Извини, — рассмеялся Бен. Он заглянул своему другу через плечо, делая вид, будто подсматривает. — Ого! Какая у тебя здоровенная штуковина!

— А ты как думал, — усмехнулся Стрит.

Послышался стук в дверь. Друзья застыли.

— Есть здесь кто-нибудь? — спросил чей-то голос.

— Сейчас, уже иду! — откликнулся Стрит.

Нажав на кнопку слива, он открыл кран. Маскируясь за шумом воды, Бен заперся в кабинке и устроился на корточках на унитазе.