Худой человек сказал: «Либо у него стальные нервы и он спасал репутацию леди, либо папочка напугал его до смерти».

Меланхоличный человек, Джеймс, горько произнес: «Есть способ проверить его мужество. Пусть сыграет с этим толстым пиратом».

Толстяк, Билл, возмущенно заявил: «Я не играю с человеком, у которого туфли на шнурках вокруг шеи».

Я надел туфли. И почувствовал себя лучше. Теперь я достаточно далеко и от древнего Иса, и от мадемуазель. Я сказал:

— Даже под разорванной рубашкой может биться бесстрашное сердце. Играю.

Худой человек сказал: «Бесподобное заявление. Джентльмены, еще один кон с участием незнакомца». — Мы все выпили. Не знаю, как они, а я в этом нуждался.

Я сказал: «Играю на пару носков, чистую рубашку, брюки, пальто, шляпу и свободный уход без всяких вопросов».

Худой человек сказал: «А мы играем на ваши деньги. И если проиграете, уйдете, в чем пришли».

— Справедливо, — сказал я.

Я раскрыл карты, и худой человек написал что-то на листке бумаги, показал мне и бросил в котел. Я прочел: «Один носок». Остальные торжественно написали свои ставки, и игра началась. Я выигрывал и проигрывал. Последовало множество интересных заявлений и столь же много конов. В четыре часа я выиграл право на уход. Одежда Билла мне была велика, но остальные ушли и быстро вернулись с необходимым.

Они провели меня вниз. Посадили в такси и закрыли руками уши, когда я называл шоферу адрес.

Прекрасная четверка, кем бы они ни были. Когда я переодевался в клубе, из кармана у меня выпало несколько клочков бумаги. На них было написано: половина рубашки, половина брюк, поля шляпы и так далее.

Я с трудом двинулся на северо-северо-восток, к кровати. Забыл и об Исе, и о Дахут. И во сне ничего не видел.

Глава XI Дахут шлет сувенир

Глава XI Дахут шлет сувенир

Когда я проснулся, все было иным. Тело болело, затекло, и потребовались три порции выпивки, чтобы я пришел в себя. Воспоминания о мадемуазель Дахут и древнем Исе оставались яркими, но приобрели черты ночного кошмара. Например, бегство из ее башни. Почему я не остался и не вырвался силой? У меня не было причин Иосифа, убегавшего от жены Потифара. Я знал, что я не Иосиф. Угрызения совести меня не мучили, но факт оставался фактом: я убежал самым недостойным образом. Всякий раз, как я встречаюсь с Дахут — за сомнительным исключением древнего Иса, — она побеждает меня.

Что ж, правда в том, что я бежал в ужасе и предал Билла и Элен. В этот момент я ненавидел Дахут так, как ненавидел ее владыка Карнака.

Я позавтракал и позвонил Биллу. Ответила Элен. Она с ядовитой озабоченностью сказала: «Дорогой, ты, должно быть, ехал всю ночь, чтобы вернуться так рано. Где ты был?»