– Шесть или семь месяцев. За это время Лиз станет совершенно неузнаваемой. Она изменится физически, у нее появится много сильных и странных желаний. Ради вашего собственного блага, ради блага вашего сына, вам лучше держаться от нее подальше. Кезия стала… Нет, не хочу даже думать о том, как изменилась Кезия. Или, скорее, как она изменится.

– Кезия умерла точно так же? Родила этих тварей?

– К несчастью, да. К несчастью – и к огромному ужасу.

Я задумался.

– Скажите, – заговорил я спустя некоторое время, – хоть что-то осталось от прежней Лиз? Или эта ведьмовская сущность уничтожила все, чем она была?

– Честно говоря, не знаю, – ответил Биллингс. – Иногда, когда я разговариваю с Кезией, я вижу черты той милой девушки, которой она когда-то была. Но слышит ли меня эта милая девушка, не могу сказать.

– Я думаю о Лиз, – проговорил я. – Если она все еще Лиз, может, стоит попытаться вытащить из нее эту ведьмовскую сущность?

– Вы не сможете. По крайней мере мне такой способ не известен.

– А если я не буду больше заниматься с ней любовью? Если третий сын не будет зачат?

– Двое других вырастут – хотя и гораздо медленнее, чем если бы их было трое. Но когда они, наконец, появятся, у них хватит сил убить ее даже без помощи брата.

– Как насчет экзорцизма?

Биллингс покачал головой:

– Вы ничего не сможете сделать, сэр. Вообще ничего. Мы имеем дело не с дьяволом. Мы имеем дело с реальными существами, тварями, у которых есть своя форма и содержание, которые обладают высокоразвитым разумом. Они построили огромные города в Малой Азии и Антарктике, они миллионы лет правили миром. Они оставили на этой планете неизгладимый след.

– И поэтому я должен позволить, чтобы Лиз разорвали на части?

– Боюсь, тут вопрос не в вашем позволении. Вы просто не сможете это предотвратить.

Я закусил губу. Я не знал, что делать. Возможно, молодой мистер Биллингс мне лгал. А может, и нет. Его рассказ не противоречил фактам. И особенно убедительно прозвучала для меня отсылка к шумерским зиккуратам. Я сам видел, что крыша Фортифут-хауса – та невероятная крыша, которую спроектировала сирота из Ист-Энда, отличается такими же странными углами, какие шумеры использовали для путешествий во времени.

– Что произойдет, когда родятся эти три существа? – глухо спросил я.

– Они объединятся… Так мне сказала Кезия Мэйсон. И образуют Великую Нечестивую Троицу, всесильное существо-гермафродита, похожее на королеву у муравьев, которое, в свою очередь, породит многие тысячи новых форм всех трех видов Древних и будет править ими на протяжении тысячелетий.