Не вся глава так же сильно переделана. Некоторые фразы в первом абзаце – просто вариации на тему моих последующих выкладок. Чувство какой-то небывалой отрешенности – будто искалечили не мой, а чей-то чужой труд – гасит гнев в зародыше. Во всяком случае, хоть что-то для печати уже есть – остается радоваться хотя бы этому. Можно взять рождественскую передышку и отвлечься от проблем.
Есть дюжина других писем – но от Вилли и от банка вестей нет. Я удаляю весь спам и проверяю тред. Двусмешник не ответил на мой призыв, и это, надо полагать, капитуляция. Я должен бы радоваться, но на душе – странное, нелогичное чувство: мой заклятый враг взял и попросту
Наверное, это просто еще одно проявление синдрома смены часовых поясов, но мне сейчас позарез нужна компания, и я сам не замечаю, как набираю один вполне конкретный номер – а в душе тешу себя тем, что наши дела с этим человеком еще не закончены.
– Алло? Кто-нибудь? Это я…
– Профессор Ли Шевиц, – хрипло откликается Чарли.
– Еще нет. Просто Саймон!
– Простой-простой, как ананас весной. Ну, ладно, Саймон так Саймон. Как твоя книга, продвигается?
– Да. Я посмотрел почти все фильмы с Табби. Сейчас я в Манчестере, тоже по делам.
– Какое совпадение. Настоящее рождественское чудо.
– Я просто вспомнил, что ты хотел показать мне что-то еще… важное.
– Сделай мне одолжение, и я покажу тебе небо в алмазах, идет?
– Что за одолжение?
– Поговоришь с кой-какими людьми о Табби Теккерее?
– Ты еще спрашиваешь. Серьезно?
– Серьезнее некуда.
Разговор начинает походить на шутку – не в последнюю очередь потому, что зеркало отражает мою беззаботную улыбку.