Опустившись на четвереньки, чтобы укрыться от ветра, Триста поползла вперед мимо скамеек. Снег тяжело ложился на волосы и обжигал уши. Добравшись до передней части вагона, она быстро схватилась за перила, крепко сжав их пальцами рук и ног, и собралась было перепрыгнуть на второй вагон. Расстояние было невелико, но оно изменялось непредсказуемым образом, когда вагоны кренились и меняли курс, и Триста помедлила, пытаясь рассчитать прыжок. В этот миг трамвай прорезал колонну густого дыма из трубы, ослепив ее и вырвав у нее вскрик. Какое-то время она могла только цепляться за перила, зажмурившись и пытаясь унять кашель. Смаргивая паутину с глаз, она услышала слабый стук шагов по винтовой лестнице за спиной. В панике она обернулась, опасаясь, что это Сорокопут. Кто-то действительно шел по крыше по направлению к ней, прикрывая рукой лицо. Его краденое пальто хлопало, волосы ерошил беспощадный ветер.
Это был мистер Грейс.
ГЛАВА 41 НАЙТИ ЛЕДИ
ГЛАВА 41
НАЙТИ ЛЕДИ
«Нет! Здесь же, наверное, полсотни запредельников, почему он до сих пор преследует меня?»
Отчаяние придало ей сил, Триста наконец прыгнула и ловко приземлилась на империале[19] второго вагона. Она поползла к переднему краю, не осмеливаясь смотреть по сторонам, потом рванулась к винтовой лестнице на первый этаж. Наполовину соскользнув, наполовину прыгнув вниз, она перескочила через предательскую щель и оказалась на задней площадке головного вагона.
Раздался топот шагов, и в поле зрения показался мистер Грейс; он спускался по лестнице, которую она только что преодолела, и жмурился от снега, оскалив зубы.
— Не надо! — взмолилась она, пока он клацал по ступенькам. — Прекратите, мистер Грейс! Вы все испортите!
— В этом и заключается мой план, — ответил он и бросился на площадку, где стояла Триста.
Тристе в голову пришла отчаянная мысль. Один хорошо рассчитанный толчок или удар когтями — и он потеряет равновесие и упадет. Упадет на мостовую и будет лежать там, сломанный, как кукла Ангелина. Но она не позволила этой мысли управлять ею. Она замерла, и в следующий миг мистер Грейс с грохотом приземлился на площадке рядом с ней. И все вмиг переменилось. Он был большой, а она маленькая хрупкая кукла. Он попытался схватить ее.
— Не надо! — вскрикнула она и пригнулась.
Щелк. В его руках возникли длинные черные ножницы. Он снова превратился в ночной кошмар, в портного в красных штанах из страшных детских сказок. Он ринулся на нее, и она отступила, но слишком поздно. Одно лезвие пронзило ткань воротника, приколов его к деревянной раме окна. Другое он держал вплотную к ее шее, одно движение — и он перережет ее.